— И еще — пока наш ботаник не слышит. Если предположить, что он не наврал, то Ленский не допустит, чтобы он снова попал к законникам — что в милицию, что в прокуратуру, что в ФСБ. Я думаю, его даже до больницы не довезут. Маньяка не должно быть. Не через год или через месяц, как мы говорили, а сегодня. Лучше — вчера. Короче, пристрелят его сразу, как увидят. Негласную установку ты сама слышала от того прапора.

— И что делать?

— Делать буду я. Ты — жди и копай побыстрее…

Сквозь перелесок показалось шоссе. Видно было скопление людей и машин. Добрались. Мужчина помог женщине спешиться. Минуту постояли молча.

— Почему ты Терминатор? — спросила она. — Что за странный позывной?

— Наверное, потому что железный внутри. А еще — драчун жуткий. Ну и, конечно, имя…

— Тёма?

— Йес.

— Очень приятно, — сказала она. — А я Марина.

— Да знаю я, кто ты такая. Не запутаешься, что врать, когда будут спрашивать?

— Сам не запутайся. По-моему, мы с тобой все согласовали.

— Ну, о’кей, — он ждал, когда она уйдет.

— И что ты делать собираешься, Тёма? Потом?

— До весны — здесь. А с лета обещали мне место… На маяке. На Кольском… Красота! Море, птичий заповедник… Альбатросы… И никого больше…

— Никого больше… Намек поняла, — кокетливо сказала Марина и пошла к трассе.

…Навстречу ей бежали люди, люди, люди — словно в замедленной киносъемке… много людей, — что-то кричали, о чем-то спрашивали… откуда ни возьмись — возникли врачи, разогнали всех, усадили ее на брезент, осматривали, выслушивали, она что-то отвечала, глупо улыбаясь… а сквозь придорожные кусты за всем этим с грустью наблюдал Черный Всадник, мечтавший вовсе не об обществе северных птиц. Бывший солдат, как любой нормальный мужчина, надеялся встретить когда-нибудь женщину, которая приняла бы его таким, каков он есть…

Четверг, утро. ГОНКИ НА ВЫЖИВАНИЕ

Три милиционера в компании трактора и тракториста вытаскивали «Land Rover» из озерца. Джип Павла застрял крепко. Трактор бросался вперед, вспахивая траками землю, но его тут же сдергивало назад. Обе жесткие сцепки, соединявшие машины, каждую минуту грозили лопнуть. Фаркоп у джипа деформировался.

— Е-кэ-лэ-мэ-нэ! — выдал от души один из ментов.

Перекурили.

Машина ДПС, новенькая чистенькая «шестерка», стояла поодаль, на одной из двух сходящихся под углом улиц, — чтоб, не дай Бог, не задело и не испачкало.

— Ну что, еще разок? Раз-два взяли?

— Мотор мне посадите, — безнадежно сказал тракторист, высунувшись из кабины.

— Твое дело — помалкивать, — сказали ему.

На самом деле как раз только он и работал, да плюс его трактор. Менты стояли и смотрели, давая советы и комментируя происходящее. В салон «Ленд Ровера», естественно, никто не лез, чтобы попробовать завестись и помочь с этой стороны — там было полно воды.

Раз-два взяли…

Трактор надсаживается, зрители в погонах яростно болеют. И вдруг — джип выпрыгивает из воды, чуть не перекувырнувшись в воздухе! Падает на берег, еще раз подпрыгнув…

— Стой! Стой! — заорали все милиционеры разом, перекрикивая трактор.

Конструкция из двух аппаратов замерла.

Вокруг джипа мгновенно собрался консилиум. Тракторист не вылез из кабины, даже мотор не заглушил, настолько ему все это осточертело.

— Вот он — сел так сел…

— Видишь, его здесь вон — на корягу подцепило, так он и сидел…

(Здоровенный кусок корня и вправду всплыл из воды, его было хорошо видно.