Изменить размер шрифта - +
Но это не относится к энтузиазму, с которым она готова освобождать людей от наличности в обмен на производимую семейством продукцию. И главная ее обязанность — ведение списка очередников на покупку трехколесников.

Взятки за перемещение ближе к голове списка дают едва ли не больше дохода, чем сама продажа.

Все предприниматели и финансисты нашего городка питают к нам искреннюю ненависть.

Я сам не в состоянии понять этого. Нет, правда, не понимаю. Люди просто помешались на этих трехколесниках. Ну, катался я на них. Да, занятно. Да, они помогают перемещаться немного быстрее. Но именно, что ненамного. Тем более при нашем-то движении и наших узких улочках. В особенности если улочки идут под уклон. И с тряской по булыжным мостовым. И с грязью в тех местах, где этих мостовых нет.

К тому же не следует забывать про воров. Впрочем, мои старшие партнеры об этом позаботились.

Трехколесник снабжается прикрепленным к нему заклятием, единственным и неповторимым для каждого изделия, и фабрика «Искатель приключений» в любой момент может отследить ее перемещения. Стоит какому-нибудь самодеятельному экспроприатору присвоить себе ваш трехколесник, и его местонахождение станет известно, а правосудие свершится с поразительной быстротой. Подобное случается достаточно часто, чтобы заставить призадуматься всех, кроме самых тупых воров.

Хорошо бы, конечно, научиться разбираться с таким людом еще до их рождения.

Надо признать: кое-чего Дил Релвей все-таки достиг. Он очистил преступное сообщество от самых отъявленных идиотов.

Вне всякого сомнения, существуют люди, которых необходимо упразднить. Но тут есть одна сложность: раз начав этот процесс, довольно трудно отличить «правильных» мерзавцев от «неправильных». И еще, нужно ли нам, чтобы из всех преступников выжили только самые умники, ухитрившиеся не дать себя изловить?

Гаррет. Самое время вытащить свою самодовольную персону из кровати.

У каждого имеется собственное мнение. И — как говорил мой старый взводный старшина — почти от каждого разит как из ануса, который, кстати, тоже имеется у каждого.

Гаррет.

Он произнес это мягко. Примерно так, как произносит что-то подобное ваш родитель, прежде чем взяться за ремень. Старые Кости пребывал в благодушном настроении.

Вот тебе истина на блюдечке с голубой каемочкой. Оденься. Поешь. А потом подходи сюда.

Пока я получал инструкции от напарника, моя ненаглядная исчезла. Она оделась, спустилась вниз, позавтракала и ушла прежде, чем я успел заняться своими сосисками с подливой. Этакий сельский завтрак, который Дин использует в качестве средства напомнить мне о моем плебейском происхождении.

— Теряешь квалификацию, старина. А может, просто из ума выживаешь.

Ответ он явно заготовил заранее — знал, что я расценю меню как заявление:

— Эта ваша тварь ожидает, что вы будете работать весь день напролет. Ну, сколько его осталось. Я хотел накормить вас так, чтобы хватило до вечера.

— Дин, тебе стоило бы изучить рынок вакансий. Посмотришь, найдется ли чего для человека твоих лет, с твоими навыками. А потом можешь попробовать еще раз накормить меня дерьмом.

Да. Тут меня и накрыло. Голова гудела, как котел. Терпение, можно сказать, если не лопнуло, то лопалось. Какая тут работа — я и думать едва мог. Столкнись я сейчас с самым зверским зверством в истории, я постарался бы его не заметить.

— Скажи, ну не дерьмо ли? — буркнул я и зашарил по столу в поисках пивной кружки.

— Надеюсь, ваши манеры улучшатся прежде, чем вам придется общаться с людьми, которые не согласятся выслушивать вас молча.

Я пробормотал в ответ что-то нечленораздельное. Укрепив дух завтраком и вооружившись чашкой чая с медом, я отправился соревноваться кислыми физиономиями со своим напарником.

Быстрый переход