– Уже дня три не было, – я честно признался, скромно потупив глаза. – Не поверите, даже на это времени не хватает.

– Так! – сурово глянул на меня Александр Сергеевич. – А ну отставить пошлость! Ты комсомолец! Вот и веди себя в соответствии с этим высоким званием! А то распустился, советы дает. Марш домой! И чтобы больше ни-ни!

– Так точно, товарищ Родионов! – я вскочил и вытянулся в струнку. – Разрешите отбыть?

– Иди уже, – тяжело вздохнул учитель. – Паяц. Я сам закрою кабинет.

Я спорить не стал, подхватил шлем и куртку и свалил. Жрать хотелось жутко, кроме школьного обеда, перекусить больше не удалось. А дома ждали борщ и котлеты с пюрешкой. Мама теперь возвращалась гораздо раньше и успевала приготовить много вкусного, чтобы сыночка побаловать. Я был не против, но чувствовал, что скоро лафа закончится. Лев Иванович вроде бы нашел, кто виноват в простое сети, обещал скоро все решить, а значит, появится куча работы. Но в то, что мама меня оставит голодным, я не верил.

Ночной советский Новосибирск образца две тысячи десятого года отличался не слишком большим количеством машин на улицах. И не потому, что их не было у населения, просто при таком метро и развитом общественном транспорте многие предпочитали передвигаться на нем. А личные авто использовали по мере необходимости, что серьезно разгружало дороги.

Но даже ночью по пустым улицам я не позволял себе нестись сломя голову. Адреналин адреналином, но я знал многих, кто вот так голову сложил. Ну его нафиг, у меня большие планы. И, кстати, да, надо бы с Ленкой завтра увидеться, поработать над звуками, так сказать, а то действительно три дня, куда это годится. С такими мыслями я и свернул во двор, сразу заметив чужую машину, стоящую в тени.

Несмотря на то, что у нее не работал двигатель и были погашены все огни, в ней явно кто-то сидел. Похоже, все-таки братки решили попытаться стрясти должок. К счастью, я такой исход предвидел и немного подготовился, разведя Михалыча на кое-какое спецоборудование. Ведь сават – это не только бокс и удары ногами, многие забывают, но это еще и владение тростью, причем очень жесткое. И у меня был кое-какой опыт в этой области, так что телескопическая метровая дубинка, спрятанная в рукаве, будет неплохим сюрпризом для наглых мафиозо.

Я, делая вид, что ничего не замечаю, остановил мотоцикл и слез, на ходу снимая шлем. Он все равно обзор ограничивал, зато мог послужить щитом. И ничуть не удивился, когда за спиной хлопнули двери машины. Теперь уже играть не имело смысла, и я спокойно повернулся… чтобы увидеть двух парней лет двадцати пяти, одетых в «неприметные» серые костюмы.

– Чеботарев Семен Павлович? – передо мной распахнулись красные корочки с гербом и тремя буквами. – Вам придется проехать с нами.

Глава 22

– Значит, раньше его никогда не видел? – Капитан госбезопасности, представившийся как Петров Василий Сергеевич, занес ручку над протоколом, но все равно уточнил: – Точно? Подумай еще раз.

– Абсолютно. – Я и так был уверен, но для успокоения нервов чекиста взглянул на фото человека, которого мне недавно показывали вживую. – У меня, может, не эйдетическая память, но с недавних пор не жалуюсь. С этим товарищем я никогда раньше не встречался. Может, объясните все-таки, в чем дело?

– Теперь он нам не товарищ, а гражданин, – что-то черканул в протоколе Петров и протянул его мне. – Прочитай, напиши «с моих слов записано верно» и распишись. А что происходит, тебе сейчас другие люди объяснят.

Я пожал плечами и пробежался по скудным строчкам текста.