Скрипели стволы, звенели синицы. Идиллия! Макс потянулся, зажмурился, а вот Влад не позволял себе расслабляться, водил стволом АК из стороны в сторону. Задержал взгляд на приоткрытой двери «мельницы»…

И вдруг она распахнулась. Толкаясь, оттесняя друг друга, оттуда поперли муты. Влад выстрелил очередью и прошил двух первых агрессоров. Некоторое время они шли, но вскоре упали. Следом за ними выскочил мужчина, ушел вправо, девушка – влево, а вот два толстяка в тельняшках набросились на пристреленных собратьев и принялись рвать их зубами.

Андрей застрелил девушку, прицелился в дверь. Валера, вставший к нему спиной, отстреливал мутов, которые нападали с другой стороны.

– Оголодали, суки, – бормотал Валера, стреляя одиночными.

Вскоре с мутами было покончено, асфальтовая дорожка, присыпанная желтыми березовыми листьями, сочно-зеленая трава окрасились красным пятнами. После грохота выстрелов в голове звенело, оглушенный, Андрей не различал далеких звуков.

Влад протянул:

– Н-даа… А теперь представьте, что у нас только ножи и палки. Сколько было мутов? Двадцать, тридцать штук?

Андрей все не решался опускать ствол, ему казалось, что вот-вот распахнется дверь… Или враг появится из-за малинника…

– Они были тут заперты, – сказал Макс. – Жрать захотели.

Слова будто застревали в вате. Надо наушники для стрельбы достать. Или это с непривычки? Время покажет. Одно радует: муты сюда вряд ли проберутся, и можно не волноваться.

Таня, спрятавшаяся в «бардаке», наконец спрыгнула на землю, испуганно заозиралась. Андрей прижал ее к себе и предложил:

– Давайте разобьемся по парам и все здесь прочешем.

Макс кивнул:

– Согласен, только, Татьяна, придется тебе пока посидеть в машине.

Девушка развела руками, вздохнула и полезла на броню.

В напарники Андрею достался Макс. Он указал стволом на дом со ставнями, что справа:

– Или мне кажется, или кто-то там заперся изнутри. Глянь, ставни поцарапаны, дверь – тоже, и вон, в траве обглоданный труп женщины. Похоже, она заперла ставни, но спрятаться не успела.

Только сейчас Андрей почувствовал трупный запах и с торца дома заметил кучу неопрятного тряпья, с трудом рассмотрел каштановые волосы. Макс скользнул к массивной деревянной двери, подергал ручку. Постучал.

– Эй, есть там кто живой?

Андрей подкрался к нему. Вроде кто-то зашуршал за дверью. Или показалось?

– Может, дом и до заражения был заперт, нет там никого, – предположил Андрей, оглядываясь вокруг. – Идем отсюда.

И тут из-за двери проговорили детским голосом:

– Дядь, а вы из полиции? Или вы тоже зомби?

Андрей выдохнул с облегчением, улыбнулся:

– Из полиции, открывай.

– А вдруг нет?

– Разве зомби умеют разговаривать? – подключился Макс.

– Не умеют, – ответил ребенок, щелкнул щеколдой.

Это был худой курносый мальчик восьми-десяти лет с густой шевелюрой пшеничных волос и ярко-зелеными глазами. Он посторонился, пропуская Андрея внутрь.

Макс, оставшийся караулить у входа, потрепал его по голове:

– Ты тут один?

Мальчик по-взрослому нахмурился и сбросил его руку:

– Еще Светка, она в туалете прячется.