Ночью зомби активировались и вырезали весь лагерь. А так как военные охраняли их от нападения снаружи, а не изнутри, и их тоже, прицепом. Люблинская резня с тех пор упоминалась, как пример бдительности.

Дима код считал, и стал устраиваться на лежанке, демонстрируя готовность спать до самого подъема. Я последовал его примеру, надеясь, что вампирша, когда (и, если) придет пора действовать, сумеет правильно среагировать. Вообще, она себя показала девчонкой правильной, с верными инстинктами (кроме привычек в питании), и реакциями. Сообразит.

Эльф со жнецом ночевали, если нуждались во сне, в другом помещении. Через него пришлось бы пройти, пожелай мы выйти. Поэтому я, не таясь, поставил штурмовой комплекс неподалеку, чтобы дотянуться до него, когда услышу шум. И заставил себя погрузиться в легкую дрему.

Сон, разумеется, не шел.

Чтобы мысли не скатились к единственной теме, которая меня сейчас интересовала, пришлось импровизировать. То есть — задать им нужное направление. А о чем мог думать прожженный наемник в ночь перед сложной акцией? О бабах, естественно!

Предметом моих грез, за неимением вариантов, стала Маарет. Можно было еще про Ксюшу из кофейни пофантазировать, но жнец ее не знает, а тут лучше кого-то знакомого использовать. Пусть жук, если подключится к моему "каналу", слышит только наглухо плотские, полные вожделения, эмоции.

Спустя некоторое время, я и правда, почувствовал в голове присутствие арахнида, монотонно бурчавшего свой излюбленный речитатив про "тьму, которая ждет". Но обращать на него внимания не стал — много чести. А вскоре и правда забылся чутким сном.

Хлопок светошумовой гранаты неподалеку разбудил меня лучше всякого вашего утреннего кофе. Потом еще один, и еще. Все правильно — первой в здание входит граната.

— Гости. — коротко бросил я соратникам, уже вскочившим, и взявшимся за оружие. — Готовность.

Вспыхнувшую против воли радость пришлось подавить волевым усилием. Рановато еще нашим нанимателям знать, что я не на их стороне.

— Смежники? — лишь уточнил Зверев.

Он мыслил сходным со мной образом, поэтому на раз просчитал замысел. И уже навел ствол винтовки на входную дверь.

После того, как началась пальба, я разрешил себе сбросить узы контроля эмоций — вряд ли жнец сейчас будет их прослушивать. Да и ломится к нам тоже не станет — есть кем заняться. Поэтому быстро обрисовал для Маарет, что происходит. Если коротко — штурм, в который мы постараемся не лезть.

За несколько секунд стрельба приблизилась — спецназ прошел первый периметр и начал зачищать помещения. И тут же на кого-то нарвался. Судя по темпу огня — на эльфа, по жнецу бы иначе стреляли. Я буквально представил, как ушастый бежит навстречу спецназу, лавируя между пулями. И как тертые, прошедшие не один такой штурм, бойцы, пытаются зацепить юркую фигуру, но никому из них не удаётся этого сделать.

— А что, кстати, значит, Дневная Тень? — спросил я у вампирши. Время у нас было. Секунд тридцать или около того. — Так ты его, вроде, назвала?

— Воин Дневной Тени. — ответила та. — Убийца магов. Элита эльфийских семей.

— Теперь даже не так стыдно, что меня вырубили, как щенка. — хохотнул Зверев.

Значит, наш Тень блокирует всю магию, и на максимуме, недоступном человеку, использует физические возможности. Что же, в мире меча и магии, он, может, и правда был элитой. Но не против слаженных действий подразделения спецназа. По крайней мере, я на это надеялся.

Стрельба, между тем, набирала обороты. Как человек, который уже пытался попасть по ушастому ниндзе, я понимал, что сейчас бойцы буквально заливают пространство свинцом.