– Джекс, – позвал Ястреб, и его тёплые губы коснулись моих. – Джекс, Натан! – повторил он.

Мои глаза тут же открылись. Я была в реальности, не в Игре. Ястреб снова контролировал золотого дроида, и я вспыхнула, вспомнив свой сон. Натан был прав: надо держать себя в руках. Я годами молилась на легендарного Непобедимого. Было так легко и совершенно глупо проколоться.

– Простите, что бужу вас, но нам надо кое-что обсудить.

Натан зевнул и сел.

– Как речь? Удалась?

– Это был кошмар, но людям, вроде, понравилось. Голосование уже идёт и, похоже, абсолютное большинство за восстановление Авалона. Причины у всех, конечно, разные. Кто-то просто хочет забрать свои вещи, кто-то желает почтить память погибших, а кто-то мечтает вернуться навсегда. – Ястреб характерно пожал одним плечом. – Это их решение. Авалон всегда будет ощущать последствия взрыва, но…

Он оборвал себя на полуслове.

– Минутку, у меня очередная порция сообщений.

Ястреб смотрел по сторонам, проверяя корреспонденцию в Игре. Я взяла новую одежду, которую заблаговременно приготовила возле кровати, побежала в душ и молниеносно переоделась. Когда я вернулась, Натан уже тоже сменил костюм, а кровати исчезли. Ястреб всё ещё был сосредоточен на чём-то невидимом, поэтому мы вызвали стол и застучали по меню, заказывая завтраки.

Мы уже почти поели, когда Ястреб снова вернулся в реальность.

– Сообщество Выживших Авалонцев переписывалось со мной относительно будущего мемориала. Я уже ответил и теперь хочу обсудить с вами некоторые мысли по поводу взрыва.

Мы с Натаном моментально положили ножи и вилки.

– Заканчивайте завтрак, пока я буду говорить, – предложил Ястреб.

Натан снова взял приборы и стал очень быстро поглощать остатки трапезы, а я решила, что уже наелась.

– Так как взрыв случился сразу после принятия билля Либрука Эштона, все тут же решили, что виновники – некие недовольные подростки, – стал рассуждать Ястреб. – Я тоже так думал, но теперь, когда мы больше знаем о произошедшем, начинаю сомневаться. Как могли подростки сделать бомбы и получить код силового поля, защищающего серверный комплекс?

– Меня тоже беспокоит этот вопрос, – нетерпеливо перебила я. – Даже будь это большая группа детей, работающих вместе, не понимаю, откуда они взяли информацию о создании бомб.

Ястреб нахмурился.

– Во времена до начала Игры была такая штука, которую называли интернет. Там можно было найти много чего нелегального, даже как сделать бомбу. Но сначала интернет стали жёстко контролировать, а потом заменили информационной системой Игры. И сейчас там точно нет данных о том, как соорудить взрывное устройство.

– Ну, думаю кадеты-учёные могли бы сделать взрывчатку, – с сомнением размышляла я, – а кадеты-техники поместить её в бомбу, но откуда у детей секретный код?

– Бригады технического обслуживания регулярно проверяют все сервера, – ответил Ястреб. – Может, код узнал кадет, работающий в одной из них?

Натан проглотил остатки завтрака.

– Это невозможно.

– Уверен, что код дают только начальнику бригады, но кадет мог увидеть, как тот его вводит, и запомнить.

– Это невозможно, – повторил Натан. – Я очень хотел узнать, как выглядит серверный комплекс, поэтому несколько раз пытался выпросить у кадетов код. Но ни один из них в глаза не видел серверов. Кадеты не допускаются в бригады технического обслуживания, вот что они мне сказали.