Мне послышался еле уловимый звук за дверью. Я минуту подождала и снова заговорила.

– Почему бы тебе не открыть и не поговорить со мной, Томас? Если боишься, что тут затаился целый взвод Едзакона, то это просто смешно. Офицеры не стояли бы здесь, договариваясь с тобой. Они бы просто выбили дверь и наставили на тебя винтовки.

Я подождала ещё несколько секунд.

– Ну ладно, я устала здесь торчать. Большая часть здешних детей сейчас или спят, или работают. Для начала я собираюсь колотить в твою дверь, чтобы перебудить всех по соседству. Потом я буду орать слово “Авалон” как можно громче, пока все не выйдут посмотреть, что случилось. А потом позвоню в Едзакон и расскажу им, что именно ты установил бомбы.

Я ударила по двери. Изнутри послышалось шуршание и голос:

– Погоди!

Послышались звуки отодвигающейся мебели, затем дверь открылась на несколько дюймов, и оттуда выглянул Томас. Его светлые волосы свисали длинными сальными прядями, а когда-то дорогой наряд был покрыт пятнами и смят. Томас оценивающе посмотрел на меня, а затем его бледно-голубые глаза расширились при виде стоящего рядом Майкла. Попытался закрыть дверь, но Майкл опёрся на неё.

– Ага, нас двое, – подтвердил он. – Я подумал, что ты скорее откроешь дверь, если я буду молчать.

– Поговорим внутри, – предложила я, – или прямо тут в коридоре обсудим взрыв?

Томас поколебался, но отступил. Мы зашли в комнату, еле протиснувшись мимо шкафа, которым он забаррикадировал дверь.

– Я – Эмма, – представилась я, – а это – мой парень Майкл.

Томас враждебно заговорил, его акцент был еле заметен.

– Зачем вы сюда припёрлись, и что за угрозы по поводу взрыва Авалона? Я об этом ничего не знаю.

Я посмотрела на него умоляюще.

– Ты должен нам помочь. Мы с Майклом попали в неприятности из-за доставки нелегальных таблеток для лечения бесплодия. Женщина умерла. Мы ни в чём не виноваты, но Едзакон всё поместил в наши игровые записи. Мы потеряли работу, переехали в другой район, а в конце концов нам пришлось переехать во второй раз и навсегда покинуть Англию.

– Понятия не имею, зачем вы мне это всё рассказываете, – буркнул Томас.

– Потому что из-за этого мы не попадём в Игру. – Я воздела руки в жесте отчаяния, надеясь, что не переигрываю.

Майкл тяжело вздохнул.

– Надо было позволить мне рассказывать.

Я зыркнула на него.

– Сиди тихо. Это ты виноват, что мы вляпались в историю.

– А я думал, ты меня простила, – обиженно ответил Майкл.

– Ошибаешься. – Я обернулась к Томасу. – И я знаю, что у тебя есть друг – Игротехник, который может нам помочь.

Я следила, как при упоминании Игротехника на лице Томаса поочередно отразились удивление и испуг.

– Нет у меня таких друзей, – ответил он.

– Ещё как есть. – Я умоляюще протянула руку, и Томас шарахнулся назад. – Пожалуйста, помоги мне!

– Нам, – поправил Майкл.

Я сердито посмотрела на него и снова обернулась к Томасу.

– Мы знаем, что ты установил бомбы. Мы не хотим идти и докладывать об этом Едзакону. Лучше, если ты поможешь нам попасть в Игру.

Раньше я создала мысленный образ Томаса, который полностью опустошен произошедшим.