Классы А, Б и В стоят рядом. Мама пристраивает испуганного Жорика в самом хвосте. Директор по фамилии Пирч говорит речь, и классные руководители, возвышающиеся, как сторожевые башни, перед колоннами своих новоиспеченных питомцев, ведут их на первый урок. За ними тянутся родители.

По несчастью Жорик примыкает не к своему классу. Учительница рассаживает детей за парты, вдоль стен и в дверях жмутся родители. Жорик, которому достается последняя парта, испуганно оглядывается вокруг, не понимая, куда же делась его мама.

Начинается перекличка. Жорик напрягает слух, чтобы в царящем в классе гуле расслышать свою фамилию и тут же вскинуть руку. Но учительница его не вызывает.

– Кого пропустила? – спрашивает она, закончив перекличку.

– Меня! – отчаянно тянет руку с последней парты Жорик.

– Как фамилия? – недовольно интересуется учительница.

Жорик называет, и палец педагога вновь проходится по списку.

– Нет такой, – качает головой учительница. – Как, повтори еще, твоя фамилия?

Жорик уныло, уже не надеясь на чудо, повторяет.

– Ты не туда попал, мальчик, – сурово говорит учительница. – Иди живо свой класс.

И тут Жорик начинает реветь. Он ревет во весь голос, не зная, что же ему теперь делать. Родители поглядывают на Жорика с сочувствием, а учительница начинает выпытывать, кто же он все-таки такой и откуда взялся.

Внезапно появляется мама Жорика, которая пошла вслед за его классом и, не найдя сына там, отправилась на поиски. Она берет Жорика за руку и отводит в нужный кабинет. Жорик продолжает отчаянно реветь.

Его снова сажают за последнюю парту на единственное свободное место. А учительница, которую, как Жорик вскоре узнает, зовут Лилией Александровной, бросает суровый взгляд сначала на него, потом на его маму и раздраженно говорит:

– Да успокойте же вы его.

Отвратительнее дня в жизни Жорика еще не было. Он начинает ненавидеть школу с первого сентября первого класса.

23

Бабушка Жорика снова идет работать в свой медпункт на огромном и расположенном очень далеко заводе. Так что Жорик вынужден после школы сидеть дома один. Мама периодически звонит ему с работы. Жорик не понимает по часам и боится разговаривать с незнакомыми людьми по телефону. Поэтому мама на куске ватмана рисует ему циферблаты часов со стрелками в том положении, в каком они окажутся, когда она будет звонить. Жорик каждый раз сверяется с рисунками, но все равно берет трубку с опаской.

Но еще больше Жорик боится мрачного полутемного подъезда. Если на скамейке сидит кто-нибудь из соседей, Жорик присаживается рядом, чтобы оттянуть страшный подъем на третий этаж. Хорошо, если соседи живут выше и собираются домой. Тогда можно увязаться вслед за ними. Но чаще всего на скамейке сидит пенсионерка Надежда Васильевна, которая живет на первом этаже. А это значит, что еще два этажа придется пройти в полном одиночестве.

Но дождливым ноябрьским днем на скамейке нет даже Надежды Васильевны. Жорик пару минут переминается с ноги на ногу перед дверью подъезда. Делать нечего – он шагает в мрачное нутро дома. Между первым и вторым этажами, там, где на стене прибиты почтовые ящики, Жорик видит на полу окурок, который зловеще шипит в капле слюны от плевка.

В глазах Жорика темнеет. Окурок лежит прямо посередине площадки, и его нельзя обойти. Жорика пугает сам этот окурок. Но еще больше он боится того, кто его сюда бросил. Он где-то рядом, раз окурок еще тлеет.