|
— Это двойник Жюля Верна. Он и говорит как Жюль Верн (или как капитан Немо, что в общем одно и то же): "Да! Океан — это бесконечность! Бесконечность, которую не видят, но которую чувствуют! Океан — это пространство, все отражающее в себе!.." В романе "Зеленый луч" сначала Елена спасает своего избранника от гибели, помогая ему выбраться из пролива Корриврекана, в котором постоянно бушуют приливные течения и водовороты, а в гроте Фингала они меняются местами…
В XXI главе ("Буря в гроте Фингала") все слова, выбранные Жюлем Верном, имеют двойной смысл, они полны скрытого эротического значения, они указывают на ощущения, которые Верн, несомненно, знал в объятиях Эстель. "Вы пришли, чтобы меня спасти, — говорит Елена. — Раз вы уже здесь, я ничего больше не боюсь". И тогда, после "более мощной волны" Оливье "обхватил молодую девушку своими руками, как добычу, которую море хотело у него отнять…"». Далее Оливер Дюма цитирует строки романа, в которых художник откровенно «чувствует руки девушки, вцепившиеся ему в поясницу…». И то, как художник «прикрывает всем телом девушку… борется, выгибаясь, чтобы упереться ногами в выступы базальта…». Оливер Дюма подробно воспроизводит сцену в холодном, наполовину затопленном гроте, в котором в течение ночи «Оливер Синклер "был СТИСНУТ" вместе с девушкой в наиболее глубокой части пещеры… Он чувствовал, что она ЗАСТЫЛА. Он хотел ее СОГРЕТЬ, он хотел передать ей все ТЕПЛО, которое в нем оставалось… Он поддерживал мисс Кэмпбелл, он ПРИКРЫВАЛ ее от УДАРОВ моря… Он боролся, ВЫГИБАЯСЬ, чтобы упереться в выступы базальта… Наконец мисс Кэмпбелл, ИЗНУРЕННАЯ, была охвачена СЛАБОСТЬЮ… "Оливер… Оливер…" — прошептала она, СНИКАЯ в его объятиях… ПОСЛЕДНЯЯ ВОЛНА захлестнула ее целиком…». Сексуальность выделенных слов ускользнула от цензуры Этцеля. «Использованные Жюлем Верном слова достаточно откровенно передают наслаждение, испытанное Еленой, но издатель этого не заметил, хотя в письме замечал, что "Зеленый луч" — "это прекрасное литературное произведение, очень простое, очень нежное и утонченное, которое ждет успех, прежде всего, со стороны отдельных ценителей, чем всей массы читателей". Единственное, на что указал Этцель автору: у Оливера и Елены в глубине грота все-таки было достаточно места, чтобы "не принимать описанных Вами смехотворных поз".
Довольный слепотой издателя Жюль Верн ответил, что принимает все его замечания. "Они совершенно справедливы"».
46
Как-то, уже по возвращении домой, гуляя со своими любимыми родными дядями, влюбленные встретили на берегу отвергнутого Еленой несчастного, но, как всегда, самоуверенного Аристобулуса Урсиклоса. Выслушав взволнованные слова Сэма и Сиба о том, как они счастливы, как они плачут и смеются от радости за судьбу своей племянницы, Аристобулус Урсиклос высокомерно заявляет: «Ну, господа! Как же это так? Как это можно плакать и смеяться по одному и тому же поводу? Ведь что такое улыбка? Это всего лишь непроизвольное движение, свойственное мускулам лица, движение, в котором акт дыхания почти не участвует. А слезы — простая жидкость, смягчающая глазное яблоко…» Роман с настоящим счастливым концом. Вот только зеленого луча влюбленные не увидели. «Зато мы узнали и увидели кое-что получше, — утешает Елена любимого. — Мы узнали и увидели счастье, которое, по словам легенды, может дать только зеленый луч. Так что, дорогой мой, будем довольствоваться тем, что мы получили, и предоставим поиски зеленого луча тем, кто счастья своего еще не нашел…»
47
ЗЕЛЕНЫЙ ЛУЧ
48
Дом на улице Шарля Дюбуа окружен небольшим садом. |
