|
Афродиту издревле считают богиней плодородия и деторождения, а позже обожание перешло на ее голую задницу, и символ размножения становится божеством самых чудовищных злодейств, совершаемых против рода человеческого. Видишь ли, человек все время умнеет и, набирается опыта, он неуклонно идет путем прогресса и приходит к пороку. Подобный культ, уходя своими корнями в сумерки язычества, оживает в Индии, и культовый фаллос - что-то вроде фигурки мужского члена, который носят на шее азиатские девушки, - является обязательным украшением в храмах Приапа. Путешественник, приезжающий в Пегу,1 покупает себе женщину на время своего пребывания в стране и делает с ней все, что пожелает. В конце концов, скопив денег, она возвращается в свою семью, и у нее, как правило, не бывает недостатка в поклонниках, желающих жениться на ней. Само бесстыдство часто бывает публичным: посмотри на Францию, где долгое время мужские половые органы изображались на одежде и в моде были гульфики самых ярких расцветок. Почти у всех северных народов распространена традиционная торговля сестрами и дочерьми - обычай, который кажется мне удивительно разумным, и тот, кто его практикует, всегда рассчитывает что-то получить взамен за свое сводничество или, по крайней мере, понаблюдать за происходящим; кстати, на это зрелище стоит полюбоваться. Существует и другое, чрезвычайно острое ощущение, связанное с проституцией такого рода, когда некоторые мужчины заставляют своих жен отдаваться другим мужчинам, как к примеру, делаю я сам. При этом наш поступок объясняется следующим фактом: мы получаем мощный стимул, становясь жертвами всеобщего злословия, и чем больший позор мы на себя принимаем, тем сильнее получаемое от этого удовольствие. Нам нравится унижать, пачкать, мучить предмет нашего наслаждения, который мы бросаем на потеху другому, и мы наслаждаемся тем, что тот, другой, также купается в грязи и мерзости и, в конце концов, становится таким же, как мы. Мы с восторгом тащим наших жен и дочерей в публичный дом, заставляем их просить милостыню на улицах, наблюдаем за ними во время полового акта. - Простите меня, сударь, но я поняла так, что у вас есть дочь. - Была, - коротко ответил Нуарсей. - От нынешней жены? - Нет, от самой первой, а сегодняшняя - это моя восьмая, Жюльетта. - Но как вы смогли стать отцом с такими принципами и вкусами? - Я уже многократный отец, дорогая. И нечему тут удивляться. Иногда, если добропорядочность сулит нам удовольствие, приходится преодолевать отвращение к добрым делам. - Мне кажется, я вас понимаю, сударь. - Как и все остальное, это очень просто. Однако мы отвлеклись. Прежде чем продвигаться дальше, я хотел бы составить о тебе определенное мнение, хотя ты должна понять, как мало я вообще ценю любое мнение. |
