|
Пока вассал по очереди содомировал нас, господин Мондор - мы узнали имя финансиста много позже - трудился над лакейским задом, неторопливо погружая туда и вытаскивая обратно свой отвердевший член. Скоро страсть его достигла предела, и чтобы добавить ветра в ее паруса, он громко потребовал жертву. Ему тотчас доставили одиннадцатилетнего мальчика. Мондор с ходу овладел ребенком, а слуга то же самое сделал с хозяином. Потом злодей попросил нас распороть мальчику грудь и вытащить оттуда сердце; он схватил его и начал натирать им свое лицо; минуту спустя, залитый с головы до ног кровью, испуская вопли, напоминавшие ослиный рев, старый распутник сбросил свое семя в бездыханное детское тело. Как только он кончил, вышел из комнаты, не сказав никому ни слова. Вот вам наглядный пример того, как разрушительно действует распутство на робкие души. Это всегда происходит именно так: угрызения совести и стыд накатывают волной в тот самый момент, когда изливается сперма, потому что такие люди, неспособные усвоить твердые принципы, полагают, будто в их поведении, если оно хоть в чем-то отличается от общепринятых норм, есть нечто постыдное и дурное. - Кто этот странный субъект? - с удивлением спросили мы у мадам Дюран. - Чрезвычайно богатый человек, - ответила она. - Но я не могу назвать вам его имя, ведь и вам бы не понравилось, если бы я направо и налево рассказывала о вас. - Его развлечения не идут дальше того, что мы увидели нынче? - Обычно он сам совершает убийство, однако сегодня, очевидно, был не в форме и попросил вашей помощи. Я вижу, вы удивлены его странным поведением? Ну что ж, вы не ошиблись: он действительно отличается стыдливостью и щепетильностью в подобных делах. Кроме того, он очень набожный человек и после таких жутких утех непременно бежит молиться Богу. - Бедняга, он воистину достоин жалости. Если человек не в состоянии сокрушить вульгарные предрассудки, ему лучше вообще не ступать на наш путь, ибо тот, кто, избрав его, не пойдет по этой дороге твердым, уверенным шагом, обречен на многие неприятности в жизни. После этого мы облачились в одежду, забрали свои покупки, еще раз поблагодарили и щедро вознаградили гостеприимную хозяйку и возвратились в карету с решительным намерением регулярно посещать Дюран и как можно лучше и плодотворнее употребить снадобья, купленные у нее. - Я собираюсь отравить первого, кто встретится на моем пути, - мечтательно сказала Клервиль, - причем без всякого повода, просто ради того, чтобы совершить то, что уже сейчас возбуждает меня безмерно и вытесняет из моего сердца все остальные соблазны. А у меня вдруг возникло острое желание познакомить с Дюран Бельмора: мне показалось, что они созданы друг для друга, и я всю дорогу представляла своего любовника в объятиях этого исчадия ада. При первой же встрече я упомянула ее имя; он был с ней не знаком, но согласился навестить ее вместе со мной. |
