|
- Мадам, - сказал я принцессе после того, как почти целый месяц сношался с ней, - я льщу себя надеждой, что вы оцените расходы, которые я понес ради вас; вы согласитесь, что редкий мужчина сравнится со мной в выносливости, и мало у кого найдется такой член, но в наш век, мадам, все это стоит денег. - О, как вы облегчили мою задачу, сударь, - ответила принцесса. - Я предпочитаю, чтобы вы были в моей власти, а не я в вашей. Возьмите, - продолжала она, протягивая мне кошелек, набитый золотом, - и помните, что отныне я имею право потребовать от вас удовлетворять все мои страсти, какими бы необычными они вам не показались. - Само собой разумеется, - кивнул я, - такой подарок ко многому обязывает, и я в вашем полном распоряжении. - Приходите нынче вечером в мой загородный дом, - сказала София, - приходите один и не бойтесь: с вами ничего не случится. Хотя от меня не ускользнули ее последние слова, тем не менее я не поддался страху в надежде лучше узнать эту женщину и выудить из нее побольше денег. Я отправился один и в назначенный час был у ее дома; дверь открыла пожилая женщина и, не говоря ни слова, втолкнула меня в полутемную комнату, где меня встретила юная дама лет девятнадцати, красивая собой. - Принцесса скоро будет, сударь, - сказала она голосом звучным и приятным. - А пока, как мне поручено, я попрошу вас дать мне клятвенное обещание никогда и никому не рассказывать о необычных ритуалах, которые вы здесь увидите. - Ваше сомнение оскорбляет меня, мадам, - с достоинством ответил я, - и мне горько и больно слышать, что оно исходит от принцессы. - А вдруг у вас появится повод пожаловаться? Вдруг в сегодняшней церемонии вам предстоит только роль жертвы? - Я буду гордиться этим, мадам, и от этого молчание мое не будет менее надежным. - Такой достойный ответ избавил меня от необходимости настаивать дальше, но я обязана строго выполнить приказ, поэтому мне требуется ваша клятва, сударь. Я поклялся. - Я хочу добавить, что если, не дай бог, вы не сдержите слово, вас ждет самая скорая и самая мучительная смерть. - Мадам, - запротестовал я, - эта угроза излишняя, и то, как я выполнил ваше требование, должно было убедить вас в этом. Но Эмма исчезла из комнаты, так и не услышав эти слова, и четверть часа я оставался наедине со своими мыслями. Она вернулась вместе с Софией. Их вид и их состояние подсказали мне, что эти стервы только что бурно ласкали друг друга. Эмма предложила мне раздеться. - Вы же видите, что на нас ничего нет, - добавила она, заметив мои колебания, - или вы испугались двух обнаженных женщин? Она помогла мне снять все одежды, вплоть до носков, и подвела меня к широкой скамье, на которую мне пришлось встать на четвереньки. |
