Туда мы и направились с намерением отдохнуть несколько
дней, прежде чем заново заняться своим ремеслом, которое до сих пор было
настолько прибыльным, что у нас с Терговицем скопилось по двести тысяч
франков на каждого.
Однако, посовещавшись со своим собратом, я написал сестре письмо с
просьбой выслать мне деньги и рекомендательные письма для Константинополя и
заодно для Италии, куда мы намеревались отправиться из Оттоманской империи.
Не прошло и двух месяцев, как я получил все необходимое. Представился
банкиру, у которого мне был открыт кредит, и в его доме был очарован
шестнадцатилетней девушкой, его приемной дочерью; он любил ее больше всего
на свете и воспитывал как собственное дитя. Это было златовласое
очаровательное создание с неземной красоты глазами, добродушное и в высшей
степени наивное. И вот здесь случилось нечто совершенно неожиданное под
влиянием странного каприза, впрочем, нередко случающегося г истинными
распутниками. Итак, со мной произошло следующее: хотя Филогона была
чрезвычайно обольстительна, хотя внушала мне очень сильные и недвусмысленные
чувства, при виде ее меня охватывало непреодолимое желание, чтобы ею обладал
Терговиц; только эта мысль наполняла силой мой член, и я лелеял и взращивал
ее несколько дней. Не в силах сдерживаться долее, я привел венгра в дом
покровителя Филогоны, которого звали
Кальни, а на обратном пути выложил приятелю свои планы, и надо сказать,
они пришлись ему по вкусу.
- Я задумал это только для твоего блага, - закончил я.
- Мне кажется, - сказал Терговиц, немного подумав, - что этот план
можно расширить. Говорят, этот меняла - один из самых богатых в
Константинополе: почему бы нам не только соблазнить девицу, но и не ограбить
ее ангела-хранителя? В таком случае мы могли бы путешествовать по Италии в
свое удовольствие и с комфортом.
- Конечно, - согласился я, - но это будет нелегко: мы не можем
полагаться здесь на силу - надо прибегнуть к хитрости. Поэтому предлагаю
выбросить сотню тысяч крон для того, чтобы снять двухмиллионный урожай. Ты
не против?
Терговиц отрицательно покачал головой и предоставил мне полную свободу
действий.
Первым делом я снял загородный дом, выбрав роскошный особняк,
расположенный далеко от города. Я наполнил его элегантной мебелью, нанял
толпу челяди и каждый вечер устраивал впечатляющие приемы, на которых,
естественно, присутствовали Филогона и Кальни. Терговиц был представлен как
мой брат, чтобы дать ему самые благоприятные условия для осуществления
нашего общего плана. Но неожиданно на пути моих желаний возникло
непредвиденное препятствие: бедная девочка, против которой я замышлял самые
страшные козни, вбила себе в голову, что влюбилась в меня. |