|
Мое оружие проникло внутрь, и кровь, хлынувшая из разорванной девственной плевы, и отчаянные стоны жертвы стали свидетельством того, что операция прошла успешно. Урон, понесенный бедной девочкой, оказался совсем нешуточным: рана была настолько большой, что во мне шевельнулось беспокойство за ее жизнь. Дюкроз, тоже обеспокоенный, взглянул вопросительно на аббасису; она, сладострастно кусая губы и дрожа от умелых ласк своих помощниц, кивнула, и это стало сигналом к продолжению. - Эта сучка наша! - крикнула она. - И не жалейте ее. Я за нее не отвечаю, как, впрочем, ни за кого другого; я делаю здесь все, что хочу! Вы без труда догадаетесь, как воспламенили меня эти злые слова. И будьте уверены, что бедствия, причиной коих были моя жестокость и непослушный инструмент, только увеличили мое усердие; еще минута, и инструмент целиком исчез в пучине боли. Лоретта лишилась чувств, Дюкроз продолжал содомировать меня, а набухший орган Телема вдохновенно терся о прелестное лицо уже ничего не чувствующей девочки, чью голову он сжимал своими бедрами... - Мадам, - обратился он к Дельбене, азартно работая членом, - кажется, кое-кому здесь требуется помощь. - Хорошая порция спермы - вот, что ей требуется, - откликнулась аббатиса. - Это единственное лекарство, которое дают шлюхам. Я с новой силой продолжала свое дело, все больше возбуждаемая членом Дюкроза, который едва не погрузился полностью в мой задний проход. Экстаз охватил нас всех примерно в один и тот же момент. Трое лесбиянок, распростертых на алтаре, изверглись как целая батарея мортир. По искусственному органу, который я погрузила в самые недра Лоретты, струей стекала моя собственная плоть, а плоть Телема смешалась со слезами жертвы, когда он испытал оргазм на ее лице. Сломленные усталостью и поняв, что Лоретту требуется привести в чувство, если мы хотим получить от нее новые удовольствия, мы вспомнили о ней. Ее развязали, принялись хлопать по щекам, тормошить, щипать, и вскоре она стала подавать первые признаки жизни. - Ну что с тобой? - нетерпеливо и грубо спросила Дельбена. - Неужели ты такая неженка, что от подобной малости едва не оказалась у врат ада? - Увы, мадам, я не могу больше, - слабо проговорила бедная истерзанная девочка, продолжая истекать кровью. - Мне очень больно, я умираю... - Не так скоро, - отрезала наставница, - пациентки, намного моложе тебя, успешно выдерживали такие же процедуры, так что давайте продолжим. И без дальнейших разговоров, без попыток остановить кровь, Лоретту привязали снова, только на этот раз ее положили не на спину, а на живот; теперь в удобной для меня позиции был ее задний проход. |
