|
Погодите, я отошлю их в соседнюю комнату. - Теперь, - продолжала Шарлотта, когда мы остались вдвоем, - можно побеседовать спокойно. У меня к вам есть одно щекотливое предложение, и только приняв его, вы можете доказать мне искренность своих чувств ко мне. Дело в том, радость моя, что я также замыслила преступление и хочу знать, можете ли вы мне помочь. - Даже если для этого мне понадобится тысячу раз рисковать своей жизнью. Говорите и ничего не бойтесь. - Если бы вы только знали, как мне надоел мой супруг! - Несмотря на всю его снисходительность? - Но разве он делает это для меня? Он проституирует мною из ревности; пытаясь утихомирить таким образом мои страсти, он надеется подавить во мне всяческие желания и предпочитает, чтобы я предавалась разврату не по своей, а по его воле и выбору. - Довольно странная у него политика. - Именно так он и поступает, и в этом вся его сущность итальянизированного испанца: на земле нет хуже и противнее этой породы. - И вы хотите... - Отравить этого нудного субъекта и сделаться регент-' шей. Народ любит меня больше, нежели его, и любит моих детей. Я буду править одна, вы станете моей фавориткой и будете довольной и счастливой до конца жизни. - Нет, Шарлотта, я не смогу жить с вами; меня не привлекает роль, которую вы мне предлагаете, я слишком люблю свою страну и мечтаю в скором времени вернуться туда. Но вы можете рассчитывать на мою помощь, так как Фердинанд, имеющий целый склад самых разных ядов, конечно, держит их подальше от вас. А от меня вы получите все необходимое, но услуга за услугу, Шарлотта - помните мое условие насчет сокровищ вашего супруга. Кстати, насколько они велики? - Приблизительно восемьдесят миллионов. - В каких деньгах? - В золотых слитках, а также в пиастрах, унциях и цехинах. - Так как же мы поступим? - Видите это окошко? - И Шарлотта указала на створное окно неподалеку от того, около которого мы сидели. - Пусть послезавтра внизу ждет экипаж с хорошими лошадьми, я выкраду ключ, сложу сокровища в мешки и спущу вам на веревке. - А как же стража? - С той стороны нет ни одного часового. - Теперь выслушайте меня, - сказала я Шарлотте, и в тот же самый момент меня обожгла мысль уничтожить ее, - чтобы получить порошок, который вам нужен, я должна предпринять кое-какие шаги, потому что не хочу ввязываться в это щекотливое дело, пока не буду иметь гарантии. Поэтому прошу вас подписать вот эту бумагу. - Я быстро написала текст и подала королеве. - Таким образом я получу свободу действий, да и вам не о чем будет беспокоиться. Ослепленная своим чувством, подгоняемая горячим желанием избавиться от мужа, Шарлотта поставила свою подпись и доказала лишний раз, что осторожность редко бывает союзницей больших страстей. |
