— Хорошо, — произнес он серьезным тоном и добавил:

— Жюв, ваше воображение не знает границ. У вас столько предположений, догадок, что самый уравновешенный ум не поспевает следовать за вашей логикой. К тому же, вашим соображениям не хватает логического конца.

— Что вы имеете в виду?

— Подождите. По какому следу вы идете?

— Убитой женщины… Той, которую мы сейчас осмотрим и которая, я надеюсь, поможет найти правильное направление в моем расследовании.

— Не подозреваете ли вы… Фантомаса, Жюв?

— Да! — ответил полицейский. — За Лупаром, Шалеком, всегда и везде, вы правы, господин Фюзелье, я стараюсь обнаружить Фантомаса!

Он хотел добавить еще что-то, но тут в амфитеатр вошел доктор Ардель.

Одетый в халат судебно-медицинского эксперта, врач приобрел серьезный вид.

— Итак, за работу. Привезите, пожалуйста, — обратился он к санитару, — труп, который находится в холодильнике № 6…

Двое мужчин выкатили на тележке на середину амфитеатра труп незнакомой женщины.

— Взгляните на нее, — сказал Ардель, — попробуйте определить ее личность. Что касается меня, то моя роль эксперта выполнена и я готов изложить все необходимое в медицинском протоколе.

Фюзелье и Жюв склонились над трупом.

Тело представляло собой сплошную рану, и его не узнали бы, наверное, сами родственники жертвы.

Жюв выпрямился.

— Итак, — заключил он, — совершенно понятно, что, будучи простым полицейским, я не смогу ничего выяснить, глядя на это тело. Антропометрический анализ здесь применен быть не может. Стало быть, за вами, господин профессор, нам пояснить…

— Что именно?

— Как эта женщина была убита?

— Спросите лучше, от чего она умерла.

— Это то же самое!

— Ошибаетесь. Сказать вам, от чего она умерла, значит объяснить вследствие какого физиологического акта скончалась эта женщина, а сказать, как она умерла, означает объяснить, как произошел этот физиологический акт…

— Господин профессор, не будем играть словами. Что дал вам осмотр тела?

— Ничего или, точнее говоря, совсем мало, — сказал доктор. — Смерть в данном случае не была вызвана повреждением того или иного органа. Произведенный мною осмотр тела позволил мне утверждать, что у жертвы наступило общее кровоизлияние. При вскрытии трупа я с удивлением обнаружил, что разорваны все кровеносные сосуды организма, сердце, вены, артерии и даже мелкие сосуды в легочной полости…

— Но что это означает?

— Подождите! Кроме того, кости были разбиты, раздроблены на множество мелких кусочков.

— Это невообразимо!

— Таким образом, я мог констатировать, как по отдельным членам, так и по организму в целом, общий кровоподтек, идущий с верхней части шеи до нижних конечностей тела…

— Но у вас есть какая-нибудь идея насчет того, что явилось причиной этих ушибов, повлекших за собой смерть этой женщины?

— Можно предположить самое невероятное, господин Жюв. Например, что тело женщины прогнали под прокатным станом!

Господин Фюзелье посмотрел на инспектора:

— Что вы скажете, Жюв?

— У меня появилось еще больше вопросов, — ответил полицейский. — Профессор Ардель научным образом подтвердил мои догадки, которые я не решался высказать после беглого осмотра мною тела убитой. Но как действовал преступник? Это становится все более загадочным…

— До такой степени, — продолжал он, — что я, честно говоря, не нахожу орудия преступления, способного подобным образом раздавить тело человека…

Жюв вновь начал нервно расшагивать вдоль и поперек амфитеатра.