Она повернулась к Маркби и тяжело вздохнула:

— В этом нет смысла. Берни погиб.

— Да, если он был при Хараме, вероятность, что он выжил, крайне мала. И все же никогда не знаешь. Попытка не пытка. — Журналист улыбнулся ей.

«Он прав, — подумала Барбара, — надо использовать даже малейший шанс».

— Его звали Бернард Пайпер, — быстро проговорила она. — Он был рядовой. Только…

— Что?

— Не возбуждайте ложных надежд.

Маркби посмотрел на нее пытливым журналистским взглядом:

— Мне бы не хотелось делать этого, миссис Форсайт. Шансы крайне малы. Но стоит попробовать.

Барбара кивнула. Маркби снова оглядел компанию — смокинги и изысканные платья вперемежку с военной формой, — потом обратил внимательный оценивающий взгляд на Барбару:

— Вы теперь вращаетесь в иных кругах.

— Меня отправили работать в зону, находившуюся под контролем националистов, после того как Берни… пропал. Там я познакомилась с Сэнди.

Маркби кивнул на гостей:

— Друзьям вашего мужа может не понравиться, что вы интересуетесь судьбой военнопленного.

— Да, — поколебавшись, сказала Барбара.

— Предоставьте это мне, — ободряюще улыбнулся ей журналист. — Посмотрим, смогу ли я что-нибудь узнать. Entre nous.

Она посмотрела ему в глаза:

— Сомневаюсь, что из этого у вас получится материал.

— Пользуюсь любой возможностью помочь собрату-англичанину, — пожал плечами Маркби.

Он улыбнулся милой, до странности невинной улыбкой, хотя, конечно, вовсе не был невинен.

«Если он найдет Берни и эта история всплывет, для меня здесь все закончится», — подумала Барбара.

Она вдруг с изумлением поняла, что, если бы Берни оказался жив, остальное потеряло бы для нее всякое значение.

Барбара встала с постели и надела шелковый халат, который Сэнди подарил ей на прошлое Рождество. Она открыла окно; день снова был жаркий, сад весь в ярких цветах. Странно было думать, что через шесть недель наступит зима с туманами и заморозками.

Наткнувшись на стул, Барбара выругалась и достала из ящика туалетного столика очки. Посмотрелась в зеркало. Сэнди просил, чтобы она по возможности обходилась без них и запомнила, где что расположено в доме, чтобы не натыкаться на разные вещи.

— Было бы здорово, дорогая, — сказал он, — если бы ты уверенно здесь ходила, встречала гостей и никто не знал бы, что ты немного близорука.

Сэнди раздул из ее очков целую историю, он ненавидел, когда она их надевала, и хотя Барбара их тоже терпеть не могла, но носила, когда оставалась одна. Они были ей необходимы.

— Вот проклятье! — бормотала она, снимая бигуди и расчесывая густые рыжие, струящиеся волнами локоны.

Парикмахер оказался настоящим мастером, теперь ее волосы всегда лежали отлично. Барбара тщательно накрасилась: наложила тени, которые подчеркивали ее ясные зеленые глаза, припудрилась, чтобы выделить скулы. Всему этому ее научил Сэнди.

— Ты сама можешь решать, как тебе выглядеть, — сказал он.