— Как вы теперь справляетесь? Вас ведь уволили со службы по инвалидности? После Дюнкерка?

— Да. Бомба упала в двадцати футах. Вверх подбросило много песка. Мне повезло, он защитил меня от худших последствий взрывной волны.

Гарри заметил, что Джебб тоже изучает его своими кремнисто-серыми глазами.

— Вас контузило, полагаю, — отрывисто произнес он.

— Совсем немного, — подтвердил Гарри. — Теперь я в порядке.

— У вас лицо на секунду побледнело, — заметил Джебб.

— Раньше это длилось значительно дольше, — тихо ответил Гарри. — И руки все время дрожали. Вы, скорее всего, знаете.

— И слух, вероятно, пострадал? — едва слышно проговорила мисс Макси, но Гарри не упустил ее слов.

— Слух тоже почти вернулся в норму. Легкая тугоухость только слева.

— Вам повезло, — сказал Джебб. — Часто после контузии слух теряют навсегда.

Он достал из кармана канцелярскую скрепку и начал машинально сгибать и разгибать ее, не спуская глаз с Гарри.

— Врач сказал, я легко отделался.

— Нарушение слуха, безусловно, кладет конец службе, — заметила мисс Макси. — Даже незначительное. Должно быть, это стало для вас серьезным ударом. Вы ведь начали служить в прошлом сентябре?

Она подалась вперед, держа в руках чашку с чаем.

— Да. Это верно. Простите меня, мисс Макси, но я немного не понимаю…

— Это вполне естественно, — улыбнулась она. — Что вам сказали, когда позвонили из МИДа?

— Сказали, кое-кто из них думает, что может предложить мне посильную работу.

— Ну, мы с ними никак не связаны. — Мисс Макси широко улыбнулась. — Мы разведка.

Она звонко рассмеялась, будто странность происходящего веселила ее до невозможности.

— О! — произнес Гарри.

Голос мисс Макси стал серьезным:

— Наша работа сейчас крайне важна, крайне. Франция отпала, и теперь весь континент либо в союзе с нацистами, либо зависит от них. Нормальных дипломатических отношений больше не существует.

— Мы теперь на передовой, — добавил Джебб. — Закурите?

— Нет, спасибо. Я не курю.

— Ваш дядя — полковник Джеймс Бретт?

— Да, сэр. Все верно.

— Мы служили с ним в Индии. В тысяча девятьсот девятом, хотите верьте, хотите нет! — Джебб хрипло хохотнул. — Как он?

— На пенсии.

«А судя по вашему загару, вы еще в строю, — подумал Гарри. — Не иначе как индийская полиция».

Мисс Макси поставила чашку и сцепила руки в замок.

— Как вы отнесетесь к предложению поработать на нас? — спросила она.

Гарри вновь ощутил знакомую усталость, охватившую все тело, но и кое-что еще — искру интереса.

— Разумеется, я хочу помочь победить в войне.

— Как по-вашему, вы способны к сложной, ответственной работе? — спросил Джебб. — Честно. Если нет, лучше скажите сразу. Тут нечего стыдиться, — угрюмо добавил он.

Мисс Макси ободряюще улыбнулась.

— Думаю, да, — осторожно ответил Гарри. — Я почти поправился.

— Мы набираем много людей, Гарри, — сказала мисс Макси. — Я ведь могу называть вас Гарри? Одних берем, потому что считаем их подходящими для нашей работы, других — так как они могут предложить нам что-то особенное.