– Нет, – сказала Хелен, не доевшая еще и того, что доктор дал ей в дорогу.

– Тогда ложись спать, уже поздно.

Он выключил радио, встал и повел ее по лестнице. Они поднялись еще на два этажа и оказались в неказистом обшарпанном коридоре с низким потолком, по обе стороны которого располагалось примерно по десятку закрытых дверей.

– Твои коллеги, – пояснил Ян.

Пройдя в самый конец коридора, он открыл дверь на левой стороне и посторонился, пропуская Хелен.

– Вот. Это теперь твой дом. Держи ключ.

Он пошел было прочь, но приостановился:

– Зовут-то тебя как?

– Дорманн, – ответила Хелен. – Хелен Дорманн. Пожалуйста, скажите, есть у вас тут такая девушка – Милена Бах?

– Милена спит в комнате рядом с твоей, только больше ее так не называй.

– А как ее теперь надо называть?

– Как угодно, только не так… Спокойной ночи, – сказал толстяк и, не вдаваясь в объяснения, тяжко ступая, удалился.

В крохотной комнатушке только и было, что узкая кровать, стол, стул, умывальник и две полки. Гардероб заменяла веревка, отгораживающая один угол. Но Хелен впервые в жизни держала в руке ключ от своего жилья, и это было такое счастье, что дух захватывало. От чугунного радиатора шло ровное, мягкое тепло. Хелен встала на стул и выглянула в окошко, выходившее в небо. Она увидела реку, широкую и спокойную, спящий город с мерцающими кое-где огоньками.

«Это начало, – подумала она, – все только еще начинается. Все будет хорошо».

Она легла, полуоглушенная усталостью и избытком впечатлений, и, медленно погружаясь в забытье, вызывала в памяти всех, кто был ей дорог: родителей, которые ласково улыбались ей из тьмы; Паулу, которая теперь уже, наверное, знает о ее побеге и, возможно, думает о ней в эту самую минуту; Милоша, который ведет сейчас где-то свою самую трудную битву, и Милену, которая спит совсем рядом, за стенкой, непривычно стриженая…

Последним, что она услышала, был залп и удаляющийся рев отъехавшего мотоцикла. «Ох ты… это же Голопалый уехал… а я забыла ему помахать… Прости меня, Голопалый…»

КАК РЕКА

РЕСТОРАН «У ЯНА»

– Подождите, пожалуйста! – окликнула ее Хелен.

Девушка обернулась. Несколько секунд обе смотрели, не веря своим глазам, потом кинулись друг к другу, смеясь и плача от счастья. Обеим не терпелось потрогать, обнять, рассмотреть друг друга. Они не сразу смогли заговорить

– Милена! Что ты сделала со своими волосами?

– Это меня Барт остриг.

– Барт? Да это же прямо убийство! Он с ума сошел!

– Нет, он не сошел с ума. Я тебе все объясню. А ты-то как тут оказалась? Поверить не могу!

– Я сбежала из интерната с Милошем. Мы отправились за вами в горы.

– В горы? Докуда?

– До приюта.

– До самого приюта! Но зачем?

Вопросы так и рвались наружу, тесня друг друга. Слишком много всего сразу хотелось сказать и спросить.

– Милош хотел защитить вас от человекопсов… С ума сойти, как тебя меняет прическа! Одни глаза прежние…

– Милош? От тоже здесь?

– Нет, он был ранен в бедро… Не знаю даже, жив ли он еще. Я пошла за помощью, а тем временем его схватили. Люди Фаланги… Полиция.

Милена поднесла палец к губам:

– Тс-с-с! Не говори так громко. Расскажешь мне потом – и не здесь.