Теперь суденышко летело сквозь пустоту по инерции, без рулей управления, без тормозных систем и без малейшей надежды на спасение. Летело в никуда.

– Что-нибудь новое есть? – поинтересовалась Тамара, пытаясь принять более удобное положение на своей убогой лежанке. Она сама удивлялась своему спокойствию. Вчера ей сказали, что совсем скоро она умрет, и она даже не очень испугалась, как будто уже умерла, когда вошла в радужный шар на таком далеком теперь пустыре.

Виктор промолчал, и Тамара повторила свой вопрос.

– Шесть часов назад мы покинули сектор планеты Плобой, – равнодушно сообщил Виктор. – Никто нас не заметил, кроме мусорщиков. Они прощупали яхту своими гравирадарами, но даже эти пожиратели падали побрезговали моей посудиной. Час назад приборы начали показывать резкое снижение скорости. С учетом того, что двигатель неисправен, я делаю логичный вывод – наш бортовой компьютер сошел с ума. Чего и нам желаю.

– Нельзя было мусорщикам подать сигнал? – скучным голосом осведомилась Тамара, хотя прекрасно знала: ни один передатчик на яхте не работает. Просто она хотела поддержать разговор.

– Я помахал им рукой, – пробурчал Виктор.

– Сколько нам осталось? – еще более скучным голосом спросила девушка.

– Сутки. Генератор застопорен, аккумуляторы разрядятся через сутки. После этого мы или замерзнем или задохнемся. Тебе что больше нравится?

– Чтобы меня защекотали до смерти, – огрызнулась Тамара.

Неожиданно в пульте управления что-то клацнуло. Пронзительно взвыла сирена. Тамара зажмурилась и зажала уши ладонями. В бочкообразном пространстве кабины любой резкий звук вызывал почти физическую боль в барабанных перепонках. Виктор неторопливо изучил показания мониторов, хмыкнул и нажал кнопку, отключающую сигнал. Звенящая тишина оказалась еще противней, чем рев сирены.

– Что это было? – ворчливо поинтересовалась Тамара и с опаской освободила ушные раковины. – У меня чуть голова не лопнула.

– Всё закончится лучше, чем я ожидал, – мрачно поведал Виктор, – только что нас поймала в прицел реактивная торпеда. Конечно, если кибер не врет.

Он картинно, как пианист, снял руки с пульта и сильно, почти сладострастно потер покрасневшие глаза. Затем откинулся на высокую спинку пилотского кресла, весь вытянулся и зевнул. Виктор был похож на человека, который завершил большую работу и теперь у него появилась возможность немного передохнуть.

– Какая торпеда? – сжавшись в комок, спросила девушка.

– Железная. Через пару минут она будет здесь. Прямо здесь! – Он ткнул пальцем в пол у себя под ногами.

– И что? Спасения нет? – Голос Тамары дрожал.

– Спасение есть всегда! – бодро откликнулся Виктор. – Особенно, если ты веруешь в Господа нашего Иисуса.

– Я – атеистка. – Тамара заплакала.

– Какая, на фиг, разница. Перед ее величеством смертью все равны. – Виктор немного оживился и снова впился глазами в мониторы. По его лицу расползлась загадочная улыбка.