И они перерыли горы.

Богов не обнаружили, зато нашли киноварь. У первых людей, добывавших ее, вскоре начались дрожь и судороги. Позднее они утверждали, что видели небеса и побывали там, где до бессмертия рукой подать. Этот минерал привезли в королевство, во Дворец Неба на севере, потом во Дворец Земли на юге. Королевским химикам был отдан приказ изучить грань между смертными и богами, а со своей стороны дворец обещал предоставить им столько киновари, сколько потребуется.

В конце концов, после многочисленных смертей, дворец заговорил по-другому. Киноварь вовсе не элемент богов, она просто ядовита и вызывает галлюцинации. Несмотря на избыток этого минерала, имеющийся в распоряжении ученых, никакого бессмертия из него получить не удалось. От всех запасов избавились разом, погрузили на повозки, чтобы увезти в провинции и выбросить. Заводы, едва увидев бочонки, немедленно нашли применение кроваво-красному цвету. Несмотря на всю свою токсичность, киноварь так и не исчезла из королевства – благодаря красителю, который фабрики Сань-Эра до сих пор производят в значительном количестве. Ее легко раздобыть, надо только иметь связи.

Галипэй сворачивает за угол. Впереди высится двустворчатая дверь лазарета. Если здесь и царили шум и суматоха, то теперь вокруг все тихо. Галипэй толкает обе створки двери, распахивая ее.

– О небеса!

Глава 4

На окраине Сань-Эра бесконечные груды строительных материалов и мусора тянутся вдоль дороги, ведущей в провинции, и громоздятся вблизи стены. Ее центральную часть завтра снесут. Ворота демонтируют и заново соберут дальше от города, на территории Эйги, а желтеющую траву вытеснят стальные фундаменты, в которые пустят корни новые здания.

Большой отряд стражи прибыл, чтобы охранять новый периметр столицы и разгонять провинциалов, которые не прочь расположиться лагерем под самой стеной. Многие прибыли только для того, чтобы посмотреть, как изменятся очертания столицы, и, улучив удобный момент, просочиться в Сань, лишившийся стены. Пока они еще бездействуют. Насколько видит дворцовая стража, местные жители просто терпеливо ждут.

– У нас тут кое-кто заявляет о своем законном праве на вход в город, – докладывает стражник из отряда, занятого разведкой, останавливаясь перед Вэйсаньна.

Тот едва удостаивает его взглядом, на миг оторвавшись от планшета и слишком недовольный назначением сюда. Моросящий дождь капает с хмурого неба, падает на экран. Несколько элитных отрядов необходимы на случай серьезных волнений, способности Вэйсаньна тогда придутся как нельзя кстати, но почему именно он? Большую часть жизни он состоял в королевской охране. А теперь держит под наблюдением стену.

– Личный номер?

– Она говорит, что еще не получила его, но вход назначен на сегодня. Говорит, что ее зовут Биби.

– Биби – а дальше?

– Просто Биби. Неизвестно, имя это или фамилия.

Как же глупо. Вэйсаньна стирает дождь с лица, тычет пальцем в громоздкий планшет, вводя два знака.

– В списке я ее не вижу. Если ей разрешили вход в город, то должны были выдать и личный номер. Нам надо убедиться, что она значится в регистрационных книгах, иначе в город она не войдет.

– Ясно. Удачи.

А тем временем Биби ждет под зонтом у одной из палаток. Зонт мерзкого желтого цвета, последний оставшийся у торговца в Эйги, где она его и купила. Вцепившись в ручку зонта одной рукой, другой она теребит прядь кудрявых волос, то и дело дергая ее. Большую часть своей жизни она провела в провинции Лахо, правда, родилась не там. В сельской местности Талиня люди порой застревают где-то неожиданно для самих себя.