– Гм, ладно. Я Вайолет Вейл. Из частного сыскного бюро Вейл.

Покопавшись в кармане, я вложила ему в ладонь одну из своих визиток.

– Вы, вероятно, обо мне слышали.

– Оливер сказал, что вы с ним друзья, мисс, – радостно сообщил мальчишка. – А вы важная персона. Входите же! Я покажу вам всё. Даже как открывается занавес, то есть за какие тянуть верёвки.

Он засмеялся над собственной шуткой, а мы молча уставились на него.

– Сюда!

Он взмахнул рукой, приглашая войти. Скелет рвался вперёд, его тянуло неизведанное место с новыми разнообразными запахами.

Арчи повёл нас тёмными сырыми коридорами. В конце одного из них обнаружилась запертая дверь, которую он быстро открыл, достав из кармана ключ, и мы оказались в красивом коридоре с плюшевыми коврами. Вскоре мы подошли к лестнице, что вела к двустворчатым дверям со стеклянным верхом. Он распахнул одну половину.

– Прошу!

– Боже мой! – ахнула я.

Оливер тихо присвистнул.

– Друзья мои, добро пожаловать в Греческий театр! Самый роскошный в мире! – широко раскинув руки, крикнул Арчи.

Росточком он не выдался, но недостаток вполне возмещался энтузиазмом.

Мы вошли в пустое фойе театра. Такого я ещё не видела.

Всё пространство было покрыто красным плюшевым ковром, над которым вздымались к потолку блестящие белые мраморные колонны, украшенные античными сюжетами. А ещё там стояли два канделябра: свечи не горели, но стекло блестело. Посреди фойе возвышался огромный бар, украшенный красными и жёлтыми цветами, за которым вытирал бокалы унылый бармен. На нас он не обратил внимания.

Чем пристальнее я присматривалась, тем больше недостатков бросалось в глаза. Ковёр местами вылинял и протёрся. У греческой статуи откололся нос. Кроме того, на потолке в углу виднелся огромный подтёк – видимо, когда-то прорвало водопровод.

– Арчи? – позвал кто-то.

Лицо мальчишки сразу просветлело и в то же время покраснело.

В фойе на инвалидной коляске въехала девочка примерно моего возраста. Коляску толкал парнишка постарше, наверное, ровесник Оливера. Оба были очень красивы: кареглазые, с чёрными локонами – у девочки подлиннее, у парня покороче.

– Добрый день, сэр, мэм, – кланяясь, поздоровался Арчи.

Интересно, почему он так себя ведёт? Они чуть старше него.

– Чем могу служить сегодня? Арчи Пенниворт к вашим услугам!

– Доброе утро, Арчи, – дружелюбно поздоровался брюнет.

Они подъехали поближе, и девочка огляделась.

– Гм, ну латунь могла бы блестеть поярче.

Я сжала поводок. Скелет отчаянно хотел прыгнуть на незнакомцев.

Арчи вдруг вытянулся по стойке смирно, как солдат.

– Слушаюсь, мисс Анастос! Будет сделано, мисс! Будете смотреться как в зеркало!

Девочка и глазом не моргнула, пока он не выскочил за дверь, через которую мы вошли, и лишь потом засмеялась.

– Ну что ты его мучаешь, Элени, – заступился старший брат. – Он уже не знает, как всем угодить. Особенно тебе.

На этой ноте он, кажется, заметил нас.

– Привет, – поздоровался он. – Что-то вы рановато…

Я, как ни странно, потеряла дар речи.

– Я… ну… мы не…

– Мы тут ведём одно расследование, – пришёл на выручку Оливер. – Я Оливер. Это Вайолет. Собаку зовут Скелет. Он хороший помощник.

– Приятно познакомиться, – ответил парень, пожимая нам руки. – Я Нико, а это моя сестра Элени. Театр принадлежит нашим родителям. Чем мы можем вам помочь?

Скелет его не раздражал, он даже почесал его за ухом.