– Вы имеете в виду Валентину Юрьевну Гурьянову?

– А кого же ещё?! – гневно притопнула ногой Поликсена.

– Откуда вам известно, что, как вы выразились, Валентина на Суздальцевых «окрысилась»?

– Анна сама мне сказала, что она ходила навещать Гурьянову. Она думала, что раз у них одно горе, то они должны поддерживать друг друга.

– Правильно думала, – проговорила тихо Андриана.

– Ну вот. Сначала всё было ничего, они даже вместе поплакали. А потом Валентина начала катить бочку на Данилу. Аня ей возразила, сказала, что Данила не мог этого сделать. Так Валентина так рассвирепела, что чуть не столкнула несостоявшуюся невестку с лестницы. Аня по телефону так и сказала мне, что Гурьянова её в толчки вытолкала. Аннушка плакала в трубку и никак не могла успокоиться. Бедная она, бедная! – проговорила Поликсена и добавила: – Обе мы с ней бедные. Что с Данилой будет? – Девушка глянула на сыщицу вопросительно.

– Всё хорошо будет с вашим братом, – ответила Андриана Карлсоновна. И поторопила: – Рассказывайте дальше.

– Больше и рассказывать особо нечего, – ответила Поликсена, – мы с Аней договорились вскоре встретиться, и вдруг звонит её мать и говорит, что Анну ударили по голове, когда она возвращалась домой с работы.

– Чем ударили?

– Не знаю!

– Она не видела того, кто на неё напал?

– Никто ничего не знает, – ответила Поликсена. – Анна без сознания. Прохожие вызвали «Скорую» и полицию.

– Кто-то из них позвонил Ирине Михайловне?

– Нет! Откуда у них её телефон?!

– Вы правы. Но как же она узнала о случившемся с дочерью?

– Ей уже из больницы позвонили. У Ани в телефоне контакт – мама. Вот доктора и сообразили мать вызвать. Хорошо, что бандиты у Ани телефон не украли.

– Я думаю, это не входило в их планы, – тихо проговорила Андриана Карлсоновна.

– Вы думаете? – засомневалась Поликсена.

– Почти уверена, – ответила сыщица. – Как сама Ирина Михайловна после такого удара? Только что несостоявшегося зятя потеряла. Теперь дочь… ранена.

– Я думаю, что Ирина Михайловна держится стойко. Но только она перестала отвечать на мои звонки.

– На мои тоже, – сказала сыщица.

– Может, её пропустили к Ане в реанимацию? – тихо проговорила Поликсена. – В таком случае мобильник ей пришлось выключить.

– Будем надеяться, что это так, – ответила Андриана.

Они сели рядышком на стоящие возле стены красные кресла, обитые кожезаменителем, и стали молча ждать. Время тянулось неимоверно медленно. Или это только так казалось двум измученным ожиданием женщинам.

Неожиданно зазвонил телефон Андрианы Карлсоновны. Она сразу же включила связь:

– Говорите, Ирина Михайловна!

– Анечка пришла в себя. Мне разрешили побыть с ней. Я на минутку вышла в коридор, чтобы позвонить вам.

– Я нахожусь внизу в холле. И со мной Поликсена Богуславская.

– Вам лучше обеим уехать домой. Как появятся новости, я вам сообщу, – сказала Суздальцева-старшая.

– Ирина Михайловна! Поговорить сейчас с Анной нельзя? – робко спросила сыщица.

– Нет, – твёрдо ответила Суздальцева и добавила: – При мне врачу звонили из полиции, и он сказал им, что никаких разговоров на данный момент.

– Ещё минутку! – воскликнула сыщица.