– Хороших ухажёров не бросают, – безапелляционно заявила Светлана, – а если он брошенный, то, значит, завалящий.

Сыщица была с ней категорически не согласна, но спорить не собиралась.

У Андрианы сложилось мнение, что у Анны Суздальцевой до встречи с Андреем Яковенко серьёзных отношений ни с кем не было, хотя лет девушке немало. Может, она ошибается, и какой-то отвергнутый парень у Суздальцевой всё-таки был. Спрашивать об этом мать Анны, как считала Андриана Карлсоновна, было бы неразумным. Тогда кого же ещё? Подругу! – озарило Андриану. Кому, как не подруге, знать о ней всё. Сыщица могла судить об этом, основываясь на собственном опыте. Она дружила с Лео и Милой больше пятидесяти лет, и ни разу они друг друга не подводили. Вот только если бы Милу или Леокадию стали расспрашивать о ней, они бы держали язык за зубами. В этом Андриана была уверена. В отношении же подруги Анны сыщица надеялась на своё мастерство получать информацию, не вызывая подозрений у того, кто её сообщает.

Свернув разговор со Светланой, Андриана надела шлем, вскочила на своего железного коня и поспешила подальше отъехать от места их беседы. Пока ехала, мысленно укоряла себя: «И чего это я сразу не додумалась спросить у Суздальцевой телефон её подруги». Оставалось только надеяться, что её запоздалая просьба не вызовет у Анны подозрений и девушка не откажет сыщице в её просьбе.

Светлана Константиновна (Голубкина) Павлова – первая любовь Андрея Яковенко – в отличие от сыщицы, не торопилась покидать зелёный, пахнущий цветами и травами уголок отдыха. Посмотрев вслед мотоциклу, уносившему прочь её недавнюю собеседницу, она тяжело опустилась на скамейку и задумалась. Её мысли унеслись в самое начало школьных лет, а потом она осторожно и тщательно перебирала год за годом, оставшиеся в её памяти события и лица школьных друзей, учителей. Ей казалось, что она просеивает своё отрочество и юность, как золотоискатель просеивает золотоносный песок. Её сердце щемило от боли. Это правда, что она никогда не была увлечена Андреем, как женщина увлекается мужчиной, но тем не менее он за эти годы стал близким ей человеком, почти что родным.

Сначала Светлана относилась к их дружбе осторожно, даже настороженно, но когда поняла, что Андрей излечился от влюблённости в неё, как от детской ветрянки, и у него выработался стойкий иммунитет, девушка вздохнула облегчённо. Она без опасений познакомила его со своим женихом, а потом с удивлением обнаружила, что её школьный товарищ Андрей и новоиспечённый супруг Игорь подружились и стали если не закадычными друзьями, то хорошими приятелями. Это не только устраивало Светлану, но и искренне радовало. На Андрея всегда можно было положиться. Андрей Яковенко относился к тем людям, что, не задумываясь ни на секунду, подставят плечо товарищу, вытащат из любой беды, даже рискуя собственным благополучием. И у кого могла подняться рука на такого человека?

Когда Светлана сообщила мужу, что Андрея убили, она отчётливо увидела по выражению его лица, что он не может поверить своим ушам. А потом у него сжались кулаки, и она услышала, как муж процедил сквозь стиснутые зубы:

– Своими руками удушил бы гада.

Светлана с плачем бросилась на грудь мужа.

– Игорёчек, – всхлипывала она, – что же нам делать.

Он молча гладил её по голове, а потом выдавил из себя одно-единственное слово:

– Ждать.

И она поняла, что хотел сказать её муж. Игорь Григорьевич Павлов не сомневался в том, что убийца Андрея будет найден.

«Вот только полиция задержала не того», – подумала про себя Светлана. И на вновь возникший у неё вопрос, что делать, ответила себе словом, услышанным от мужа: «Ждать».

У неё почему-то появилась смутная надежда, что сыщица, с которой она только что разговаривала, сыграет в деле раскрытия убийства Андрея главную роль.