— Вёдро нонче, — опять заговорила старуха.

— Вёдро, — согласился лесник.

— Как урожай?

— Похуже прошлогоднего будет. — Михеич помолчал и добавил: — Километра через три на место прибудем.

— Вы у них бывали? — обернулась Седых.

— Захаживал. Ребята ничего. Приветливые. Правда, у озера тугаи пожгли…

— Слышала… И много народу здесь бывает? — спросила следователь. — Посторонних.

— Откуда! Может, один-другой. Из Талышинска. Охотники. Всех наперечет знаю. А вообще в этой местности охота плохая. Живность разогнали всю. Теперь ее днем с огнем искать надо… — Он вздохнул. — Вот мы почти и приехали. — Он показал на желтое пятно, виднеющееся невдалеке.

«Газик» скоро выехал на полянку и остановился возле желтых вагончиков. На костре кипел котел с супом, на веревке сушилось выстиранное белье.

Из служебного вагончика показалась Анна Ивановна в белом халате.

— Здравствуйте. — Вера Петровна протянула ей удостоверение. — Мне хотелось бы видеть товарища Кравченко.

Анна Ивановна прочла документ.

— Понятно. Я Кравченко. — Она вернула Седых красную книжечку.

Следователь улыбнулась:

— Простите, думала, по фамилии и по должности мужчина…

Анна Ивановна развела руками:

— Увы. Многие так думают. — И, спохватившись, официально добавила: — Можете приступать. Говорите, что надо показывать. Я не знаю, что делается в таких случаях. Скажу только, что все члены экспедиции в тайге, на работе.

— Жаль, хотелось поговорить с ними. Но ничего, придется в другой раз. — Вера Петровна представила ей Давыдову и Михеича: — Вот понятые. Мы осмотрим место происшествия, составим протокол.

— Понимаю, — помрачнела Кравченко. — Сейчас, только проветрится лаборатория. Работа с ядом. Через минут десять можем зайти… Пока располагайтесь вот здесь. — Анна Ивановна показала на пень. — Можно в нашем жилом вагончике.

— Спасибо, мы на воздухе.

— Можно в машине, — предложил шофер, но тут же понял, что ему вмешиваться не следует.

Дарья Александровна устроилась на пеньке, церемонно расправив платье.

Михеич остался стоять и закурил папиросу. Шофер направился к машине.

Анна Ивановна снаружи открыла окно в лабораторию.

— А с той стороны задвижка имеется? — спросила следователь.

— Да, — ответила Кравченко. — Окно запирается.

Седых кивнула.

Воцарилось тягостное молчание.

— Хорошо у вас, уютно, — попыталась завязать разговор следователь.

— На природе мы сами собой, — вздохнула Анна Ивановна.

— Много человек в экспедиции?

— Семь человек. Я, Кравченко Анна Ивановна, собственно, научный руководитель, Азаров Степан Иванович — бригадир…

— Это мы потом подробно, — деликатно прервала ее Седых. — Я просто спрашиваю. Значит, работаете в этом вагончике, а живете в том?

— Да. Еще замечу, что один член экспедиции в отъезде. В Москве. Все люди почти из разных городов…

— Как филателисты, — кивнула Седых. — Живут в разных уголках страны, а собираются вместе и знают друг друга хорошо.

— Вот-вот, — подтвердила Анна Ивановна. — Змееловы — это вроде касты.