— Возможно, это не просто камень.

Донателли покачал головой, словно не понимая.

— Мистер Донателли, вы обронили фразу «один из них». Что вы имели в виду?

Ресторатор задумался, взвешивая каждое слово.

— После гибели корабля я не сказал ни слова о том инциденте. А то, что написали в газетах, просто нечаянная оговорка. В душе я всегда понимал: об увиденном нужно молчать. И после появления той статьи кто-то позвонил мне и предупредил, чтобы я держал язык за зубами. От голоса звонившего кровь стыла в жилах. Он знал всё обо мне и моей семье. Даже имя парикмахера жены, имена детей и внуков, где они живут. Тот человек сказал: если я когда-нибудь скажу еще хоть слово о произошедшем, меня убьют. А сначала я увижу, как убьют всех моих домашних. Я родом с Сицилии. И я поверил позвонившему. Больше я не давал никаких интервью. И попросил Антонио приехать ко мне.

— Полагаю, звонивший не назвал своего имени?

— И да, и нет. Имен он не назвал, но дал понять, что действует не один. Он сказал, что у него много братьев.

— Братьев?! А может, он сказал «братство»?

— Да, думаю, именно так он и сказал. Вам что-нибудь известно о них?

— Когда-то существовала организация «Братство святого меча истины». Они действовали заодно с испанской инквизицией. Правда, это было несколько столетий назад.

— Мафия тоже появилась несколько столетий назад. Не вижу разницы.

— Однако мафия продолжает существовать и действовать.

— Да... И несмотря на то, что в Старом Свете знали о мафии, а «Черная рука» перекочевала вместе с эмигрантами в Америку, здешняя полиция не подозревала о существовании «Коза ностры», пока однажды не обнаружили труп человека, нарушившего кодекс молчания.

— Вы хотите сказать, будто братство могло тайно действовать на протяжении веков?

Донателли развел руками:

— Мафия совершала убийства, ограбления и прочие преступления, а шеф ФБР Гувер клялся, что «Коза ностра» не существует.

Остин подумал, что ресторатор, возможно, прав.

— А вы многого достигли, — заметил Курт, окидывая взглядом роскошный интерьер.

— Мне помогли. После кораблекрушения я поклялся больше никогда не ступать на палубу корабля. Нет ничего ужаснее, чем оказаться в брюхе тонущего судна. Женщина, которой я пытался помочь, к несчастью, скончалась от травм. Когда я пришел на похороны, ее муж поблагодарил меня и сказал, что хочет что-нибудь для меня сделать. И я признался в своей старой мечте — открыть небольшой ресторанчик. Мистер Кэрри дал мне стартовый капитал, потребовав, чтобы я серьезно занялся бизнесом и закончил курсы английского языка. А я назвал ресторан «Майра» в честь его жены. Потом открыл еще шесть ресторанов в крупных городах США. Бизнес сделал меня миллионером и дал возможность жить так, как я живу. Я женился на чудесной женщине. Она подарила мне четверых сыновей, дочку и много внуков. Я построил для своей семьи этот дом. А место для него я выбрал здесь, потому что «Андреа Дориа» затонул неподалеку отсюда. В туманные ночи, как сегодня, накатывают воспоминания. Видите ли, мистер Остин, крушение обернулось трагедией для многих, а мою жизнь изменило в лучшую сторону.

— Зачем вы рассказываете мне это?

— Моя жена умерла в прошлом году. Выжив на «Андреа Дориа», я возомнил, что буду жить вечно, а смерть жены напомнила — я тоже смертен. Я не очень религиозный человек, но с некоторых пор стал задумываться о том, как поступать правильно. А также об убитых в грузовом отсеке корабля. А теперь я узнал и о погибших в марокканской экспедиции.