Очередная вспышка сначала вылилась в мощную ударную волну, ещё сильнее углубившую уже имевшийся кратер, а после в небо ударил алый, с тёмными вкраплениями луч, мигом разогнавший облака и тучи. Опустившиеся на землю лучи кренящегося к горизонту солнца разительно изменили мир вокруг, и Элин, пропустив мимо себя готовый разорвать что угодно серп из анимы, не без удивления отметил, что не такими уж и бессистемными были изменения тела Балора. Лишь благодаря очертившим всё вокруг теням парень обратил внимание на то, что вроде бы хаотичная форма расплывшегося объёмной кляксой Лорда сильно походила на рунный круг, с помощью которых истинные люди обеспечивали контроль над своими симбионтами. Отличие крылось в том, что этот был будто бы отражённым в зеркале и вывернутым наоборот…

“Оно не может так работать! Или может?..”.

Ответ на невысказанный вслух вопрос перерождённый, уже готовый обрушить на врага всю мощь целого комплекса атакующих техник, получил буквально спустя пару секунд, когда всё тело Лорда вспыхнуло алым светом, а поток неадекватно быстрой и не имеющей ничего общего с анимой энергии схватил обе души и жёстко столкнул их друг с другом, отличным от известного перерождённому методом спровоцировав стычку внутренних миров. Иными словами, в себя Элин пришёл уже по левую руку от Дарагоса, пристально и злобно смотревшего на монструозную фигуру Балора, мир которого уверенно пожирал “территории” души перерождённого.

— Вижу, что-то в твоём плане пошло не по плану! — Ухмыльнулась частичка души истинного человека, материализовавшая в руке любимый меч. — И узнаю Балора. Болеешь, старина?!

— Дарагос! — Великан, чей внешний облик не столько внушал, сколько пугал, подался вперёд, разведя все четыре свои руки. Белесый, будто бы чем-то изъеденный зрачок единственного глаза Лорда сжался, а за спиной медленно раскрылись чем-то похожие на крылья, но бесконечно от них далёкие конструкции из переплетённых друг с другом костей. Выглядели они монолитно, но Элин не обманывался — здесь, во внутреннем мире, возможным было практически всё, что позволяло даже такое бесполезное по сути украшение превратить в страшное оружие. Всё упиралось в воображение и силу воли, коих у долгоживущего, могущественного существа, некогда восставшего против своих создателей, должно было быть в достатке. — Ты! Ты стоял за ним!

— Ошибаешься. — Мечник ухмыльнулся, а по левой его руке побежали голубые всполохи, сформировавшие массивный, раздавшийся вширь наруч, плавно перетекающий в латную перчатку. В остальном облачение истинного человека осталось практически без изменений: лишь несколько светло-голубых энергетических линий очертили контуры одежды. — Если бы за всем стоял Я, тебя бы уже не было в живых!

— Слишком громкие речи для того, чьё тело разорвали ещё два века назад!..

Если в реальном мире сражение не успело даже толком начаться, то во внутреннем события пустились вскачь сходу, без традиционной разминки и прощупывания оппонентами друг друга. Что Дарагос, что Балор пылали желанием изничтожить друг друга, и преимущество в столкновении было, к сожалению, не на стороне частицы души истинного человека. Потому Элин не стал мешкать, начав заранее подготавливать удар, пережить который непросто будет даже душе Лорда. Перерождённый собирал воедино всё своё могущество, намереваясь не дать отвлёкшейся твари ни единого шанса. В том, что ему хватит сил на такой удар сомнений более не было, так как в столкновении душ не было никаких тайн. Каждый участник такого боя отчётливо видел, что из себя представляет противник. ъ

И уже из этого следовало то, что победа достанется воистину лучшему…

А Дарагос тем временем только вышел из сцепки с Балором, который голыми руками отбивал смертоносный клинок и очень этим гордился. Каждое движение Лорда сочилось превосходством и гордыней, будто бы он на самом деле забыл о том, с чьей именно душой он вступил в прямое противостояние.