Разумеется, я волновался. Мое первое творение, как‑никак, да и одолженные деньги еще вернуть придется. Чуть больше недели мне понадобились, чтобы нанести плетения на заготовки. После этого я еще пару дней тщательно проверял все амулеты, скрупулезно просматривая каждую маголинию и исправляя малейшие недочеты. Жезл представлял собой простейший артефакт, выпускающий тонкую струйку пламени в указанном направлении. Для активации амулета требовалось прикоснуться к двум меткам на дереве, постучать одним пальцем еще пару раз, после чего стихия огня освобождалась из накопителя. Применялись такие артефакты в путешествиях и домах для розжига огня или даже в качестве освещения. Заряда хватало на полторы минуты непрерывной работы. Как только один из пальцев сходил с метки, действие заклинания прекращалось. Кстати, метки в дереве мне пришлось вырезать собственноручно.

Мастер, у которого я стажировался в мастерской, очень хорошо отозвался о моей работе, значительно успокоив меня. Так что к оценщикам я шел в весьма приподнятом настроении, не забывая смотреть по сторонам. Там, где много дорогих вещей и артефактов, неизменно появляются и те, кто это добро желает бесплатно получить в свою собственность. И хотя люди, к которым я направлялся, пользовались хорошей репутацией в Городке, да и стража не зря ела свой хлеб, осторожность в таком деле никогда не помешает.

— Парень, я барахло не принимаю, — скупщик даже не стал смотреть амулеты. Обидно, но ничего не поделаешь. Пойдем дальше.

— Что за убогий вид! Ты что на рынке их купил? — следующий торговец был подстать предыдущему.

— Вы хотя бы магозрением посмотрите… — я не оставлял попыток убедить человека.

Степенный маг с аккуратной бородкой в деловом костюме излучал спокойствие и умиротворенность. Дорогое магическое стило неспешно порхало в руках Фредерика Саттена, выводя ровные рядки символов в толстой бухгалтерской книге. Как всегда, мэтр не доверял никому постороннему вести учет в собственной вотчине.

Саттен.

Постоянных клиентов накопилось у нас уже достаточно, может пора прекратить свободный прием и сосредоточиться на действительно талантливых артефакторах? Обычно в субботу не протолкнуться от посетителей, но в этот раз день выдался на удивление тихим.

Тонкий слух уловил обрывки затухающего спора возле входа в лавку, где обычно нес свою вахту Халид. Студенты из Академии шли сюда толпами, принося артефакты, которым место только на помойке. Каких только поделок я за свою жизнь не повидал: и артефакты, что взрывались при активации, и даже такой, что по всей округе разнес в один прекрасный день стойкий запах птичьего помета. Пришлось даже поставить человека, который отваживал разных ненадежного вида личностей. Жизнь с тех пор стала гораздо размеренней, но вместе с тем и скучнее. Распознать талант человека, найти хороший артефакт у того, от кого меньше всего ожидаешь — это приносило как неплохую прибыль, так и чувство глубокого удовлетворения. Чувство, что делаешь полезное дело.

Я всегда доверял собственной интуиции. Не только она, но еще и профессиональное любопытство и отчасти скука погнали меня взглянуть на посетителя.

— Халид, кто там у нас?

— Да, студент очередной пришел. И когда же они поймут, что мэтр принимает только уважаемых магов, — в лести привратника трудно было уличить — он говорил тоном, будто это сама очевидность.

— Мог бы и у меня спросить. Видел же, что сегодня нет наплыва посетителей.

— Прошу меня простить мэтр, — смиренно ответил служащий.

— Ну, хорошо. Мое имя Фредерик Саттен. Как можно догадаться, я являюсь хозяином лавки "У Саттена".