– Удачи, – пожелал немец.

Трент поблагодарил, хотя и не верил в удачу.

Он прицепил к поясу две фляжки с водой, закинул за спину чехлы с винтовками и, спустившись вниз, между корпусами катамарана, на доску для серфинга, направился к расположенному неподалеку островку, на котором росло несколько пальм. Вдали виднелся оранжевый огонь действующего вулкана.

Глава 6

Цены на землю взлетели до десяти тысяч долларов за квадратный фут. Бремер Лодж было одним из немногих больших помещений в черте города, которое устояло от натиска компаний, скупавших землю для застройки. Это величественное здание из серого гранита с башенками в викторианском стиле в течение последних ста двадцати пяти лет было обиталищем торгового дома "Кэрнз – Оливер". Оно являлось таким же символом Гонконга, как резиденция губернатора или здания гонконгского или шанхайского банков.

Сэр Ивэн Уайли по материнской линии имел одну четверть крови Кэрнзов. Благодаря своей работоспособности и преданности он завоевал поддержку сэра Филипа в недавней битве за пост президента компании. Ему оставалось несколько месяцев до шестидесятилетия, и он примирился с тем, что банки и члены семьи считали его президентство временным. Звонок, проведенный в спальню от факса, стоявшего в библиотеке на первом этаже, зазвонил, и он с недовольным ворчанием откатился от жены. Накинув халат, с неохотой проковылял через широкий коридор и стал нашаривать слева от двери нужный выключатель. Факс передавал сведения о яхтсмене Тренте, собранные их советником по вопросам безопасности в Лондоне. Передача проходила через автоматическое шифровальное устройство. Сэр Ивэн прочел сообщение и тут же набрал домашний номер сэра Ли.

– Филип, это я, Ивэн. Буду у тебя через двадцать минут.

Он натянул брюки и спортивную рубашку, сунул ноги в туфли. Спустился в гараж, где сторож, сонно приветствуя его, распахнул большие двери и потрусил по дорожке, чтобы открыть ворота. Ивэн предпочел сесть не в служебный "Ролле" и не в спортивный обтекаемый "Ягуар" жены, а в микроавтомобиль англичанки-гувернантки. Сэр Ивэн, высокий, довольно крепкий мужчина, женился во второй раз на женщине намного моложе его, и это заставляло его поддерживать форму. Он уверенно вел машину и обходился без очков.

Машина свернула с главной дороги, ворота во владения Ли распахнулись, слуга открыл перед ним двери.

Обычно он чувствовал себя в обществе сэра Ли молодым – их разница в возрасте составляла пятнадцать лет, но на этот раз, пока он поднимался по лестнице в кабинет китайского финансиста, у него подгибались ноги. Сэр Филип вышел с невозмутимо спокойным видом, и Ивэн, подавая факс, чувствовал себя довольно глупо.

– Филип, этот яхтсмен, оказывается, бывший агент разведки, работал в Отделе по борьбе с терроризмом. Совершил для Вашингтона десятка полтора убийств.

Сэр Филип, казалось, совершенно невозмутимо воспринял это сообщение, но Ивэн Уайли никогда не умел читать его мысли. Порой ему казалось, что он лишь орудие в замыслах китайского финансиста. И не то чтобы он не справлялся со своей работой – если бы это было так, то сэр Филип ни в коем случае не стал бы его поддерживать. Но старый финансист рассчитывал свои ходы значительно дальше, чем те несколько лет, в течение которых Ивэн Уайли надеялся обладать властью. Все они были таковы, эти китайцы, – богачи старой формации. У них всегда прежде всего дальний расчет, и они никогда не идут на авантюры ради быстрой наживы. И никакого расточительства семейного богатства, как это бывало на протяжении ряда поколений в роду "Кэрнз – Оливер". Дядя Чарли, проживая в Южной Франции со своими любовницами, никогда не утруждал себя посещениями Гонконга. Тим служил в Английском банке, младший, Чарли, занимался архитектурой. А кроме того в семействе были: член парламента, королевский адвокат, фермеры, джентльмены, Берти, содержавший в Ньюмаркете завод скаковых лошадей, затесался даже один академик.