|
Момент был опасный, и бывший разведчик занервничал – вооруженные люди в горячке могли и не услышать его из-за рева двигателя. Лежа на животе, он поднял на весле от доски для серфинга свою майку. Ее увидели. Вертолет пролетел над катамараном, и стрелок в качестве предупреждения выпустил короткую очередь в соседнюю ложбинку на островке. Но Трента не нужно было предупреждать. Он вытянулся и вжался в землю. Вертолет с оглушительным ревом прошел у него над головой, подняв тучи песка, сбросив на островок нескольких человек и улетел. Трент, не поднимая головы, крикнул, что он англичанин с катамарана. Моряк с нашивкой сержанта приказал ему подняться на ноги.
– Командир велел вам вернуться на ваше судно, – сказал он по-английски с глухим американским акцентом, вероятно, почерпнутым из фильмов.
*** Трент сидел в кокпите "Золотой девушки" и смотрел, как с северной стороны подошло военное патрульное судно, а за ним – катер береговой охраны из Пуэрто-Принсесы. Патрульный корабль ошвартовался у кормы "Цай Джена", моряки спустили на воду пластмассовую шлюпку и вскоре на судне перемешались все виды войск: военные моряки, солдаты береговой охраны, морские пехотинцы… Один из моряков спустился в шлюпку патрульного судна, и рулевой осторожно повел ее через рифы к "Золотой девушке". Трент заметил нашивки командора на погонах гостя. Моряк был на несколько лет моложе его, для филиппинца необычно широкоплечий, крепко сбитый, легкий в движениях. Угрюмо улыбнувшись, он поднялся на катамаран и прошел в кокпит. – Вы отлично провели операцию. – Трент кивнул на "Цай Джен". – Наверное, немало тренировались. Командир не отреагировал на комплимент и, даже не представившись, попросил изложить версию происшедшего. Трент рассказал, что слышал, как какой-то катер подошел к "Цай Джену". В течение примерно получаса там шла гулянка, а потом наступила тишина. Это встревожило его, и он спустился за борт и спрятался в скалах на островке. Потом катер стал охотиться за ним. – Вы были вооружены? – спросил морской офицер. – Да, – ответил Трент, – винтовкой, – и протянул ее офицеру. Офицер понюхал ствол двенадцатизарядной винтовки. – Один выстрел? – Да, один, – подтвердил Трент. Командор, по-видимому, утратил к нему интерес. Возможно, он обдумывал то, что услышал. На палубе теплохода фотографировали, обмеряли, укладывали трупы в мешки. Над горизонтом появилась золотая полоса – начинался рассвет. Наконец офицер набрался сил, чтобы зевнуть и почесать в затылке. – Так что же вы сделали этим выстрелом? – Он отодвинул винтовку Тренту. – Погасили прожектор? Трент кивнул, и офицер неожиданно улыбнулся: – Молодец, сукин сын. Они-то думали, что напали на голубка. Бах! А это не так. – Да, что-то в этом духе… Трент спустился в камбуз и поставил на плиту кофе. – Не хотите ли яичницу? – предложил он командору. – Да, пожалуй, – ответил тот. – Можно я осмотрю судно? – Будьте моим гостем. Из двери кокпита по левому борту спускался трап в кают-компанию, которая находилась в надстройке, возвышавшейся над корпусами катамарана. Большие окна выходили на мостик. По левому борту от трапа стоял штурманский столик, где размещалось электронное оборудование фирмы "Брукс и Гейтхауз". С него на циферблаты дублирующих устройств, висевших на переборке кокпита, передавались показания скорости хода, скорости ветра, глубины, барометра, прибора спутникового определения места. Навигационная аппаратура дополнялась радиопередатчиком Сейлора. |
