Танака Кацуко зевнул.

– Там, в торговом пассаже, – спросил Трент, – вы кричали, чтобы предупредить меня или тех, кто пытался меня убить?

Это был глупый вопрос, и японец даже не потрудился ответить. Трент был утомлен и раздражен тем, что его втянули в операцию, смысла которой он не понимал. Его беспокоила судьба женщины. Он сознавал, что женщина находится в трудном положении по его вине, хотя бы потому, что он ничего не предпринимает. Но даже не представлял себе, с чего начать. Если бы Танака Кацуко ушел восвояси, можно было бы начать действовать. Или, по крайней мере, прилечь. Он не мог этого сделать, пока кровать занимал японец.

– Как зовут человека, который так ненавидит сэра Филипа Ли? – спросил Трент.

– Вонг Фу.

– Это он устроил нападение на "Цай Джен"?

– Вероятно, – Танака снова зевнул, как будто демонстрируя свое безразличие.

– Что значит "вероятно", черт побери?

– Это значит, что я готов отдать вам половину своего гонорара, если вы представите доказательства, – сказал Танака. – Это половина тех двадцати процентов, которые я сберегу для страхователей, и они составляют шестнадцать миллионов гонконгских долларов, так что не ворчите, что я занял вашу кровать.

– Я и не ворчу, – огрызнулся Трент.

– Ну, собирались ворчать. Сколько заплатил вам Ли? – спросил японец.

Трент вскрыл конверт и нашел там банковский чек на триста сорок тысяч долларов. Взглянув на чек, Танака Кацуко заявил:

– Гонконгские доллары. Семечки. Вы должны были швырнуть этот чек ему в лицо.

– У меня не было выбора, – ответил Трент, и Танака с насмешкой произнес:

– Вот уж настоящий боец!

Трент собирался было ударить его или скинуть с кровати, но теперь, когда японец снял пиджак, внезапно обнаружилось, что у него широкие и мускулистые плечи. Такая мускулатура вырабатывается при систематических занятиях вольной борьбой без оружия. Трент подумал, что администрация отеля будет не слишком довольна, если он попытается выяснить, насколько Танака силен в этом виде борьбы.

– Да, я действительно неплохой борец, – сказал японец. – И если вы не хотите, чтобы я читал ваши мысли, постарайтесь, чтобы они не выражались так явственно на вашем лице. – Он снял свои затемненные очки, сложил их и спрятал в футляр. – Судя по тому, что я читал про вас, вы тоже хороший борец, Махони, – так ведь вы обычно именовались?

Патрик Махони был похоронен однажды дождливым утром на ирландском кладбище. На похоронах присутствовал один-единственный свидетель, кроме священника и четырех служащих похоронного бюро в черных ботинках и перчатках и в синих саржевых костюмах. Трент сел в кресло, стоявшее напротив кровати, и спросил:

– Откуда вы знаете мое имя? Танака Кацуко пожал плечами, как будто не придавая этому значения.

– От людей Ли. Хотите, я расскажу вам о себе? Он работал главным инспектором полиции Киото, пока ему не надоело, что бесчестные политиканы указывают, кого из их приятелей он не должен подвергать преследованиям.

– Теперь я богат, свободен и могу слушать пластинки с записью "Битлс".

– Да-да, – сказал Трент.

– Ну, что еще можно желать? – Танака спустил ноги на пол, встал, потянулся, сделал несколько танцевальных па и тихонько напел в воображаемый микрофон: "Покажи мне…" Затем усмехнулся и сказал:

– В случае, если вы не сильны в арифметике, то двадцать процентов от шестнадцати миллионов гонконгских долларов составляют четыреста тысяч долларов США, и вы получите половину.