Трент спустился по лестнице в холл, взял такси, дал водителю сто песо и велел проехать на светофор, как только загорится красный свет, затем свернуть направо и притормозить на следующем углу. Он повернул в аллею, прошел квартал, вернулся обратно, взял другое такси, которое подвезло его к читальному залу Британского совета. Трент заказал справочник "Кто есть кто" и стал его изучать.

Сэр Филип Ли получил рыцарское звание в 1976 году. Был женат, имеет сына Роберта, невестку – французскую графиню и двух внуков школьного возраста. Все они живут в Англии. Младший сын женился в Соединенных Штатах, но он, как и его жена, числились умершими в одном и том же году, вероятно, погибли в автомобильной катастрофе. В справочнике не было упоминания о детях этой четы, но, возможно, это объяснялось тем, что они были американскими подданными, – а справочник "Кто есть кто" – британское издание.

Трент поставил книгу на место, нашел в кафе за углом телефон-автомат и набрал номер командора Мануэля Ортега из Главного штаба военно-морского флота. Секретарша ответила, что командор уже вернулся с острова Палаван, но в данный момент его нет на месте. Если Трент оставит свой номер, она может попытаться позвонить командору по его номеру в автомобиле и передать, чтобы он перезвонил Тренту. Трент представился ей как д'Оро и дал телефон кафе.

В кафе было два выхода на улицу и дверь, ведущая на кухню, прикрытая занавеской из нанизанных на нитки бус. Он сидел спиной к стене за столом, ближайшим к занавеске. У него не было оснований думать, что кто-то в Главном штабе назовет его имя людям Вонг Фу, но Вонг Фу был богатым человеком, а большинство филиппинцев бедны. Он решил, что пять минут – слишком небольшое время, чтобы люди Вонг Фу смогли добраться до кафе, а с другой стороны – достаточное, чтобы секретарша успела связаться с Маноло Ортегой. Телефон позвонил минуту спустя, и кассир сделал знак Тренту.

– Говорит Ортега, – сказал командор. – Тут кое-кто хотел бы встретиться с вами.

– Кое-кто, с кем и я хотел бы встретиться?

– Вряд ли, если у вас хватает ума, – усмехнулся командор. – Куда я звоню?

Трент дал ему адрес кафе и возвратил трубку кассиру. Потом расплатился за кофе и, перейдя через дорогу, зашел в галантерейный магазин и купил пару коротких белых носков, при этом ни на минуту не выпуская из вида противоположную сторону улицы. Ортега приехал на флотском джипе, остановился напротив кафе возле знака "стоянка запрещена" и несколько раз погудел. Трент, не обнаружив слежки, перешел улицу и сел на переднее сиденье джипа.

Ортега включил скорость, сделал круг вокруг квартала и поехал по узкой улице с односторонним движением, чтобы убедиться, что за ними нет хвоста. Потом остановился возле тротуара и стал молча отбивать на руле ритм передававшейся по радио филиппинской мелодии, аранжированной в стиле американского репа. Мускулы его рук были напряжены. В нем не осталось и следа той спокойной доверительности, которая чувствовалась в то утро за завтраком на борту "Золотой девушки". Ортега не смотрел на Трента.

– Это моя страна, – все еще отбивая ритм мелодии, сказал он. – Поговорите с американцами, и они сообщат, что это свалка мусора. А что они знают? В Майами убивают больше туристов за неделю, чем у нас за год. И все это из-за мусульманского повстанческого движения на юге и коммунистического движения на севере. Вот и сейчас убито шестеро солдат береговой охраны. Я только что вернулся с Палавана, и птичка принесла мне на хвосте весть, что одна из китайских триад назначила цену за вашу голову. Они оценили вас в десять тысяч американских долларов, а это немалые деньги на Филиппинах. И вот я хотел бы знать, мистер Трент, что здесь происходит?

– Час назад мне задал тот же вопрос один японец – Танака Кацуко.