Он очнулся, пытаясь стряхнуть с себя остатки кошмара, который продолжал его преследовать тягучий, навязчивый. Даже тот факт, что он находился в незнакомых джунглях, не мог расстроить его, ибо пробуждение было огромным облегчением по сравнению с тем, что вновь и вновь приходилось переживать подробности ужасного морского боя! Рядом волкодав, урча от удовольствия, что-то приканчивал. Откуда у него еда? Что он смог найти в этих лишенных жизни джунглях? Словно поняв немой вопрос хозяина, умный пес проглотил огромный кусок мяса и шмыгнул в густые заросли. Спустя всего мгновение он вернулся и положил к ногам хозяина тушку какого-то зверя. Славин с усилием перевернул его, и лицо его искривилось от отвращения: перед ним лежала огромных размеров крыса. Из пасти показывались страшные клыки, а тело источало смрад.

Бес весело махал хвостом, как бы призывая хозяина разделить с ним трофей. Плам почувствовал, что его сейчас вырвет, и чтобы сдержаться, отвернулся и захромал прочь. Чавканье у него за спиной подсказало ему, что Бес был иной точки зрения. Плам решил поискать каких-нибудь съедобных плодов.

Сознание немного прояснилось. Исчезли темные круги, плясавшие у него перед глазами. Он почувствовал, что тело наполняется энергией. Конечно, короткий сон освежил его. Еще немного, и он вновь будет прежним Пламом, готовым принять вызов судьбы.

Плам нашел банановую пальму, и гроздь мелких бананов утолила голод. На десерт отыскался и ананас, который в сочетании с глотком медовухи из фляги показался неслыханным лакомством. Хвала богам — от голода он не умрет! Одно из растений с листьями особой, сердцевидной формы показалось ему знакомым — так ведь это шока, растение, о котором рассказывал ему еще в далеком Аренджуне его учитель Реас Богард из Офира! Это растение называли еще розовым лотосом. Его листья, если их пожевать, давали человеку силу и ощущение бодрости. Плам сорвал несколько листьев и положил их в кисет за поясом, заодно и проверил содержимое кисета. Все было на месте — огниво, маленькие бутылочки с лечебными мазями от Зеллы — немедийской целительницы, которая сама себя называла ведьмой. Все это могло ему пригодиться. На секунду он задумался, а не выбросить ли ему тяжелый кошелек, полный золотых монет. Богард наверняка одобрил бы такой поступок, это освободило бы Плама от лишнего, абсолютно бесполезного груза. Но Конан, а особенно ныне покойный Фериш-Ага ужаснулись бы от такого святотатства. Иногда наличие слишком большого числа учителей было недостатком! Вздохнув, Плам повесил кошелек на свой баккарийский пояс и решил проверить состояние оружия. Помимо Меча Зари, славин располагал и небольшим топориком, которым владел в совершенстве. В одном из голенищ юноша прятал и аквилонский кинжал. Он вынул его и сделал себе несколько дротиков, которые поместил в самодельный колчан, висевший у него за спиной. Теперь он мог во всеоружии встретить любые испытания, которые уготовил ему Гибельный берег. Тихим свистом подозвал к себе Беса, и они вместе нырнули в зеленые заросли…

* * *

— Так значит, вот какое испытание уготовил мне Кром! — разгневанный голос Конана рокотал в кают-компании «Прекрасной девы». — Почему ты не сошла на берег в Маане вместе с другими одалисками? Сейчас была бы уже дома!

— У меня нет дома, безмозглая груда мускулов, как ты не можешь понять! Наш дом отобрал у нас император после того, как мой отец бесследно исчез в Нефритовых джунглях. А всю семью распродали на невольничьем рынке в Секундераме. Если я вернусь в Иранистан, меня снова поймают и продадут в рабство!

— Но ты можешь поискать себе дом в каком-то другом месте, Реана. Я тебе дам много денег, достаточно, чтобы дожить до конца своих дней, ни в чем не нуждаясь. Найдешь себе подходящего парня, выйдешь за него замуж…

— Ты и впрямь невероятно глуп! Как же ты можешь допустить, что дочь генерала Эмбера Шаха примет подобное предложение! Я ведь не толстая сучка Заара, чтобы приклеиться к первому встречному.