Пепин решил не искать ответы на все эти вопросы, а действовать. Он осмотрел и пса, который тоже оказался почти здоровым. Всего два-три укуса, но сильный организм легко справился с заразой, которая, возможно, попала ему в раны.

Потом Пепин деловито стал готовиться в дорогу. Он не мог оставаться здесь на ночь. Тысячи трупов могли привлечь внимание посетителей, с которыми Пепину не хотелось бы встречаться. К тому же он не сможет помочь своему другу, если не найдет для них надежного убежища. Взвалив тело Плама себе на плечо, Пепин направился равномерной походкой в зеленую гущу леса. Пес трусцой побежал за ним…

* * *

Группа Альтрена передвигалась по джунглям без особых трудностей. Впереди шел Румей Оглу, за ним следовал весь отряд. Они все больше углублялись в мертвый лес. Иногда находили какие-то плоды и коренья, которыми подкреплялись прямо на ходу. Но никакой дичи или даже намека на что-то живое не было. Отсутствовали даже насекомые — этот подлинный бич для всех рискнувших забраться в тропический лес. Люди потихоньку начинали роптать. Альтрену все еще удавалось подавить своим авторитетом недовольство, но уже многие пираты в открытую стали говорить, что хотят вернуться на побережье и попытать удачу — сделать плот и уплыть на нем. Но одноглазый корчмарь, поддерживаемый Долом и Румеем Оглу, непрерывно убеждал их, что надо продолжать двигаться вперед, только там они найдут спасение. Отряд как раз расположился на отдых на зеленой полянке среди зловещих джунглей, как неожиданно из толщи леса подобно привидению вынырнул Румей Оглу и сообщил:

Через пятьсот ярдов начинается холмистая местность. Да и характер леса меняется. Так что если что-то и произойдет, то это будет именно там, чует мое сердце. Что-то ужасное прямо перед нами, Альтрен. То чувство, о котором я тебе говорил, стянуло мне горло, как старая куртизанка! Нужно быть очень осторожным!

— Давай вернемся, Сучок! — Альтрен внимательно всматривался в лицо старого друга.

— Тс-с! — приложил палец к губам Румей. — Опасность повсюду, а самый кратчайший путь к победе проходит через сердце врага, и именно туда мы и направляемся. Дай-ка мне хлебнуть маленько из фляги! Если уж умирать, так хоть горло промочить перед этим!

Альтрен протянул другу последнюю флягу с кислым иранистанским вином. Пока козак пил живительную жидкость, старый корчмарь обвел испытующим взглядом зеленую стену, закрывающую южный горизонт. Развязка где-то там, где-то близко…

* * *

Дорога, по которой они шли, становилась все более трудно проходимой. Уже много лет никто не ремонтировал деревянный настил, сквозь который пробивалась растительность. К тому же частые ливневые дожди размыли многие участки. Часто узкую просеку перегораживали лианы или молодые выросшие деревья, и Серебряным Леопардам часто приходилось слезать с коней и рубить ветки, перегораживающие дорогу, чтобы могла проехать колесница. Кони, тянувшие бигу, в которой ехали Тошвел Шах и Реас Богард, были уже на грани истощения. Все животные, кроме буйвола Чапы, еле-еле брели. Нефритовые джунгли отняли силы у всех.

Реас Богард как раз решил позвать начальника их эскорта. Следопыт остался где-то сзади, проверяя сомнительные следы, которые они обнаружили неподалеку от дороги, ведущей прямо к нефритовым шахтам. Тошвел Шах, несмотря на сильную качку, задремал. Реас вновь испытал чувство глубокого уважения к храброму секундерамскому аристократу. Вместо того, чтобы заставить других таскать каштаны из огня, худенький визирь предпочел поставить на карту собственную жизнь, чтобы раз и навсегда разгадать зловещую тайну Гибельного берега.

Внезапно гхорские жеребцы стали, как вкопанные. Жеребцы Серебряных Леопардов тоже остановились. Даже водяной бык, который равномерно двигался, не подавая признаков усталости, остановился и настороженно поднял рогатую голову, и все попытки Сианы заставить его двигаться вперед, были безрезультатны.