– Я?

– Ты, ты!

– Но с какой стати мне платить за ошибки вашего сына? Если его посадили, значит, он был виноват! К тому же это он меня бросил, и если уж кто должен был обижаться, так это я.

– Это ты виновата, что Володька в тюрягу угодил! Не могла мужика в руках удержать, подбивала его, чтоб деньги на тебя тратил, вот и пришлось на большую дорогу выходить!

– Вы с ума сошли? – обалдело спросила Рита. – Это он у меня постоянно околачивался, это я его кормила и одевала, я ему делала подарки. Это я страдала, когда ваш сын меня бросил, а что он сидел, узнала совсем недавно.

– Ты мне тут не борзей! Мигом по шапке получишь! – все больше расходилась Осипова. – Должны была алиби ему состряпать, сказать, что в тот вечер ты с ним была! Думаешь, пришла, так примут тебя с распростертыми объятиями?! Не нужна ты нам, и деньги твои не нужны!

– Во первых, я и не собиралась предлагать свои деньги… – начала было Рита, взяв себя в руки. И вдруг на мгновение замолчала. – Откуда вы знаете, что я разбогатела?

– Сорока на хвосте принесла! – отрезала Осипова.

– А имя у сороки есть?

– Знаешь что? Иди отсюда подобру поздорову. Не видать тебе больше Володьки как собственных ушей, не задуришь ему больше голову, невеста у него есть, не чета тебе!

Рита решила не отступать.

– Как вы не можете понять, мне не нужен ваш сын! Я пришла по другому поводу, но вы не даете мне и слова сказать. До освобождения вашего сына у вас жил его приятель Сергей.

– Ну и что? Друг его, хороший парень. Он Володю в тюрьме опекал, никому в обиду не давал, сильный очень, спортсмен бывший, всех урок на место поставил!

– Убили Сережу, – перебила злобную тетку Рита. – Но это не все. Он собирался убить меня и, наверное, так и поступил бы, если бы его не застрелили.

– Брешешь!

Осипова чуть не задохнулась.

Понимая, что по хорошему поговорить с Осиповой не удастся, Рита решила разговаривать в ее же стиле, то есть хамить.

– Собаки на селе брешут! – вконец обозлилась Рита. – Перед смертью Сергей сказал, что его наняли убить меня, и я вижу только одного человека, который мог так со мной поступить, это ваш сын. К тому же вы не отрицаете, что Сергей и Володя были дружны.

Рита замолчала, внимательно следя за реакцией Осиповой. Женщина застыла, словно соляной столб, лицо было красное, щеки обвисли.

– Володька не при чем, – очнувшись, пробормотала она.

– А кто же, по вашему, при чем?

– Почем мне знать! Стоит тут, очки втирает! – обретя второе дыхание, снова начала орать Татьяна.

– Почему вы постоянно пытаетесь мне нахамить? Я пришла к вам по человечески поговорить. Ведь если я права в своих предположениях, то со дня на день к вам придут из соответствующих органов, и ваш сынок снова угодит за решетку.

– Не пугай меня ментами, пуганая уже! Правильно тебя укокошить решили, сама во всем виновата!

– Выходит, ваш сын, как и вы, меня ненавидит?

– А за что тебя любить?

– Вы считаете, что я виновна в судимости Володи, и готовы физически меня устранить?

– Ты мне голову не морочь! Володенька придет, мало тебе не покажется!

– Спасибо, – тихо сказала Рита.

– За что? – растерялась Осипова.

– Я услышала именно то, что и ожидала услышать, – с улыбкой ответила Рита.

– Ничего я тебе не говорила, – испуганно зашипела Осипова.

– И не надо, я и так все поняла. Рита развернулась и, не попрощавшись, стала спускаться по лестнице.

– Володька не виноват, у него алиби есть, с невестой был! – крикнула вдогонку Осипова.