|
У Ри ни разу не появилось реальной возможности схватить Хо на месте преступления. Фортуна его не покидала, а главный инспектор по опыту знал, что проблема была в том, что чем выше счастливая звезда судовладельца, тем больше его власть, и, значит, тем труднее его достать. Дважды за последние десять лет Ри получал приказ оставить Хо в покое как раз в тот самый момент, когда ему удавалось подобраться совсем близко к его темным делишкам. Теперь Ри было совершенно ясно, что если Хо легализует свой бизнес, то он, пожалуй, никогда не заплатит по счетам за свои прошлые прегрешения.
Ри был приглашен на праздник в качестве неофициального лица — в штатском. Как старший по званию из представителей власти и младший по накопленному состоянию из присутствующих на вечеринке, Ри был здесь, чтобы стать завершающим аккордом в легализации деятельности Хо, которую тот так красиво разыгрывал. Он пристально смотрел на золотую глыбу и пытался для себя решить: попытался бы он сам ее выкрасть, если бы получил такую возможность. Ри осмотрел окружающую местность, представляя себе процесс кражи. Стена, окружавшая владения, имела один-единственный выход — через главные ворота. Тот факт, что объект выставили на открытом пространстве, должен был значительно облегчить жизнь охране. Он будет практически постоянно в поле зрения хотя бы одного их гостей. Он еще раз осмотрелся и легонько покачал головой. Ри пришел к выводу, что украсть статую не составит большой проблемы, и пошел внутрь, чтобы попробовать хваленых печеных креветок. Темно-зеленый лимузин остановился перед воротами, и водитель помахал охране через окно. Том Райес, водитель, направил лимузин по подъездной дорожке и остановился таким образом, что пассажирская дверь оказалась прямо напротив парадного входа во дворец. После этого удачного маневра он вылез из машины, открыл заднюю дверь и помог пассажиру выбраться на воздух. Как только Крэбтри покинула лимузин, Райес подбежал к парадной двери и сообщил дворецкому, что прибыла принцесса Аалборг из Дании. Дворецкий скромно посторонился, пропуская разодетую в пух и прах важную особу. Райес направился прямиком к Хо, который в этот момент стоял в одиночестве. — Принцесса Аалборг, — провозгласил Райес, стоя двумя ступеньками ниже. Хо изящно поклонился и приложился к протянутой для поцелуя ручке, после этого он поднял голову и улыбнулся. — Почитаю за честь, что вы нашли возможность посетить мое скромное жилище. — Я очарована, — сказала Моника Крэбтри с легким иностранным акцентом. Хо щелкнул пальцами, и словно из-под земли перед ними выросла фигура официанта. — Я могу предложить вам что-нибудь выпить? — Шампанское с клубникой, пожалуйста, — ответила Крэбтри. Хо сделал знак официанту, который моментально бросился выполнять приказ. — Живз, — сказала Крэбтри, обращаясь к своему водителю, — все в порядке — вы можете быть свободны. Райес попятился назад, потом развернулся и направился к входной двери. Отъехав от главного входа, он припарковал лимузин возле гаража и выбрался наружу. После этого он обошел лимузин спереди, сдвинул форменную фуражку на затылок и прикурил сигарету. — Моника доставлена, — отчитался он перед Кабрильо.
Сумерки окутали землю, а с моря легкий ветерок доносил запах свежести. В нескольких милях от усадьбы Стэнли Хо, на побережье, полным ходом шли последние приготовления перед парадом. Оркестр, который должен был открывать парад и маршем идти по главной улице, начал строиться в колонны в ожидании сигнала к выступлению. Макао готовился к ночи, и по всем улицам, в центре и вдоль побережья, принялись зажигать огни. С моря стали видны сигнальные фонари вокруг линии порта, а высоко в небе замелькали сигнальные вспышки взлетающих и идущих на посадку самолетов. |
