— На вертолет мы погрузили фальшивку, — пояснил Хэнли.

— Но… — начала было Росс.

— Это было необходимо, — ответил Хэнли. — Помнишь, как Хуан появился на гидросамолете?

— Конечно, — ответила Линда. — Когда мы еще не знали точно, куда конкретно держать курс.

— Он тогда только-только вернулся с аукциона, где была продана наша статуя. Корпорация как раз тогда и вступила в игру — мы нанялись везти груз в Макао. Хендерсон был пилотом. Потом двое наших людей встретили самолет и бронированную машину — мы думали схватить их там. Однако у нашего дилера были другие планы. Он решил втюхать своему нанимателю фальшивку, так что мы просто дали возможность поработать его плану, узнав таким образом, куда он спрятал настоящее сокровище.

— Значит, все усилия на празднике были простым прикрытием?

— Это было придумано специально, чтобы сбить с толку власти и запутать полицейских, — пояснил Хэнли. — Однако, если все пройдет по плану, Кабрильо завершит сделку нашего дорогого дилера, и Корпорация получит свой процент.

— Значит, Райнхольта подстрелили за просто так, — резюмировала Росс.

— Есть как минимум миллион причин, из-за которых Райнхольт получил свою пулю, — объяснил ей Хэнли. — Миллион и еще одна, если ты учтешь тот факт, что мы опозорили полицию Макао и сделали дилера главным подозреваемым.

— Значит, дилер будет козлом отпущения, — сказала Росс.

— Он самая лучшая кандидатура на эту роль, — согласился Хэнли.

— С этим можно поспорить, — ответила Росс.

— Не стоит пока, — тихо сказал Хэнли. — Мы еще не получили наши деньги. И еще не выбрались отсюда.

В Пекине глава китайской армии и президент Ху Хинтао смотрели фотографии союзников.

— Если взять вчерашний день, — сказал министр иностранных дел, — Новосибирск, что в Сибири, был самым оживленным аэропортом в мире. Русские наращивали свою военную мощь с невероятной скоростью. Грузовые самолеты приземлялись каждые несколько минут.

Ху Хинтао внимательно изучал фотографию с помощью сильной лупы.

— Танки, личный состав, военные вертолеты, все уже на позициях.

Глава китайской армии протянул Хинтао еще одну фотографию.

— Количество уже доставленных на место войск составляет около сорока тысяч бойцов, и с каждой минутой прибывают все новые и новые.

— Я уже связался с Легхогом Зхуреном в Тибете, — сказал Хинтао. — Он мобилизовал свои силы, и они направляются к северным границам.

— И сколько он может выставить людей? — спросил министр.

— У него двадцать тысяч человек личного состава, и еще его поддерживают войска Тибета, — ответил глава китайской армии.

— Это получается два к одному, — заметил министр.

Хинтао отбросил фотографию в сторону.

— Чтобы поддержать контроль в Тибете, за прошедшие годы мы разрешили массовую миграцию туда из других регионов страны. Зхурен мобилизовал жителей Китая и Тибета и призвал их в действующую армию. Это дает нам примерно на двадцать тысяч человек больше, чем в армии сейчас. Некоторые уже покинули Лхасу и двигаются на север — мы постараемся обучить их в процессе передвижения.

— У русских регулярные, отлично натренированные войска, — возразил глава китайской армии. — Наши свежеобученные крестьяне и лавочники будут в первом же столкновении стерты с лица земли.

— Это если русские перейдут границу, — заметил министр иностранных дел.