» Так оно и было, — мрачно заключил Джонас. — Кинкейд вполне мог убрать Сэндквиста «. Он почувствовал, как Верити содрогнулась от ужаса, и ласково погладил ее по голове.

— Тем не менее, — медленно продолжала Кейтлин, — когда я прослышала, что Кинкейд собирает картины Кейтлин Эванджер, я сразу начала думать о том, как бы использовать их в качестве приманки. Я всегда мечтала, чтобы Кинкейд был убит той же самой шпагой, которой терзал меня. — Она невольно коснулась страшного шрама на щеке и быстро отдернула руку. — Я была просто одержима этой идеей. Но ведь я даже не умела держать клинок, а больная нога лишала меня всяких шансов когда-нибудь научиться сносно фехтовать!

Джонас снова отхлебнул виски и угрюмо подумал, что не многие даже абсолютно здоровые мужчины смогли бы стать достойными соперниками Кинкейду. Этот негодяй был непревзойденным фехтовальщиком…

— И тут вы припоминаете, что видели однажды человека, умеющего владеть шпагой, — задумчиво пробормотал он. — Вспомнили, что я едва не заколол человека, не подоспей вовремя дюжина лаборантов с транквилизаторами.

Кейтлин выдержала его взгляд.

— Об этом последнем тесте я знала даже больше вашего, поскольку прочитала подробный отчет психологов.

Вы же уехали так стремительно, что даже не полюбопытствовали выводами ученых.

— Мне хватило, — резко оборвал ее Джонас. — Я не нуждался в их идиотской писанине, чтобы понять самое главное — я едва не потерял себя в вашей безумной лаборатории!

Кейтлин смущенно потупилась:

— Да, конечно… Не думайте, что я не понимаю, Джонас. Этот последний тест должен был перевернуть вам всю душу!

— Вот именно, — безжалостно подтвердил Джонас. — И меньше всего на свете я хотел повторения этого эксперимента.

Он почувствовал, как вздрогнула Верити.

— Вы так и не узнали, к каким выводам пришли психологи после этого трагически закончившегося опыта, — будто не слыша его, продолжала Кейтлин. — Они получили блестящее подтверждение своей первоначальной гипотезе… На языке науки это звучит так — чем больше сходства между окружающей вас обстановкой и обстановкой того времени, к которому относится исторический объект, находящийся с вами в соприкосновении, тем больше вероятность полного поглощения вашей личности эмоциями далекого прошлого. Вы ведь до сих пор не знаете, почему накинулись на бедного лаборанта, который подходил к вам со шприцем, Джонас. А в шприце был самый обычный транквилизатор. Вы выглядели слишком возбужденным, и вас хотели лишь немножко успокоить.

— Эти придурки вечно пичкали меня сильнодействующими препаратами, чтобы вызвать или усилить нужные им реакции! — в бешенстве процедил Джонас. — Я тысячу раз говорил им, что не собираюсь вмешивать сюда еще и наркотики! Мне и без того было невмоготу! Этот идиот сам себя наказал, когда полез ко мне со своим шприцем.

В ту минуту я из последних сил сопротивлялся власти коридора, заполненного чувствами людей эпохи Ренессанса. Если вы помните, в те времена люди очень боялись быть отравленными.

Верити быстро подняла глаза:

— Увидев приближающегося лаборанта, ты решил, что тебя собираются отравить, и поступил как настоящий сын того времени — набросился с мечом на своего убийцу!

Джонас молча кивнул, не сводя пристального взгляда с Кейтлин.

— Но ведь это далеко не все, что вам известно, верно? В этих отчетах вам открылась еще одна тайна. Не отпирайтесь, Кейтлин, вы знали, что в некоторых случаях я также приобретаю кое-какие любопытные навыки.

Верити испуганно сжала его колено:

— О чем ты говоришь, Джонас?!

Кейтлин посмотрела на нее и ответила сама:

— Я рассчитывала, что, взяв шпагу, Джонас не только испытает эмоции ее древнего владельца, но и овладеет его мастерством.