В разговор снова вмешалась неприступно молчаливая Тави:

— И это тоже сыграло на руку Кейтлин. Она знала, что Джонас будет инстинктивно пытаться защитить Верити, а Кинкейд, столь же инстинктивно, — надругаться над ней.

— А если бы я обманула ваши ожидания? Что было бы тогда с твоим планом, Кейтлин? — не унималась Верити.

— Нашла бы иной способ столкнуть Джонаса с Кинкейдом, — просто ответила художница. — Выжидала бы до тех пор, пока жизнь не подкинула бы мне другую зацепку.

— Понятно. Теперь расскажи, как ты собиралась использовать меня.

— Мне нужно было только одно — чтобы этой ночью Джонас застал тебя с Кинкейдом. Сама понимаешь, это было несложно организовать. Я отвела тебе ту самую спальню, в которой Кинкейд и Сэндквист насиловали и мучили меня.

В соседнюю комнату я поместила самого Кинкейда, и — даю голову на отсечение — он не забыл, что эти комнаты смежные и между ними есть дверь! Я знала, что он не сумеет побороть искушение проверить, закрыта ли она! Разумеется, я оставила бы ее незапертой. Дальше все еще проще — Кинкейд открывает дверь, у меня в комнате срабатывает сигнализация, и Тави мчится к Джонасу, умоляя его взглянуть, все ли в порядке с Верити.

— А я в это время спокойненько лежу в постельке и ласково встречаю мистера Кинкейда? — язвительно фыркнула Верити.

— Я рассчитывала, что ты будешь крепко спать и даже не поймешь, что происходит, — смущенно пробормотала подруга. — Возможно, тебе показалось бы, что это Джонас… А Кинкейд решил бы, что ты просто немного перебрала за ужином и плохо соображаешь. Кстати, этот извращенец с немалым удовольствием вновь воспользовался бы беспомощным состоянием женщины… Это живо напомнило бы ему золотые ночи его молодости, когда они с Сэндквистом насиловали одурманенных наркотиками девушек. Кроме того, он цинично рассчитывал бы на то, что утром ты не посмеешь никому пожаловаться. Как бы ты объяснила свою сговорчивость? Призналась бы, что напилась и не могла сопротивляться?! Ясно, что женщина скорее смолчит! К сожалению, очень многие жертвы насилия именно так и поступают.

— Но я никогда не напиваюсь! — возмущенно воскликнула Верити, шокированная подобным предположением.

— Какая ты наивная, Верити! — страшно улыбнулся Джонас. — Неужели ты так ничего и не поняла? Твоя лучшая подруга, бесценная Кейтлин Эванджер, планировала немножко отравить тебя. Она у нас прямо-таки вжилась в образ коварной Лукреции Борджиа!

— Зачем вы так! — горячо вступилась за свою хозяйку Тави. — Кейтлин собиралась подмешать ей сильное снотворное, только и всего!

— С каким удовольствием я убил бы вас обеих, — подозрительно спокойно проговорил Джонас.

— Убейте меня! — потупилась Кейтлин. — Только я во всем виновата. Поверьте, Тави все время пыталась остановить меня! Клянусь, Джонас, я никогда не хотела подвергать Верити настоящей опасности. Все было рассчитано до мелочей. Право же, это был великолепный план!

— Не обольщайтесь, — холодно осадил ее Джонас. — Вы учли все, кроме одной мелочи — эту ночь мы с Верити собирались провести у меня! Так что, если бы Кинкейд не пришел сюда с собственным сценарием, вам никогда не удалось бы стравить нас.

Кейтлин изумленно округлила глаза:

— Но ведь я выделила Верити отдельные покои, и она прекрасно знала, что в доме остаются ночевать еще шестеро гостей! Нет, вы ошибаетесь! Верити никогда не посмела бы поступиться приличиями и красться через холл в спальню любовника И вам не позволила бы ночевать у нее! Она слишком скромна и застенчива! Я своими глазами видела, как неловко она чувствовала себя нагишом в женской купальне!

— Скажите, вы правда тупые или только притворяетесь? — сквозь зубы процедила Верити.