Распахнулась широкая парадная дверь, и на пороге появилась Тави Монаган. Стоя на верхней площадке бетонной лестницы, она окинула гостей каким-то странным взором.

— Добро пожаловать. Кейтлин обрадуется вашему приезду, — бесцветно произнесла она.

Верити почудилось даже, что молчаливая Тави прячет какую-то глубокую тревогу.

— Как приятно, что хоть кто-то чему-то рад, — процедил Джонас, вытаскивая из багажника свою сумку и маленький рюкзачок Верити.

И снова Верити сделала вид, что не расслышала этой колкости. Она уже поняла, что таких мужчин, как Джонас, женщине порой остается только игнорировать.

Ведомые бесстрастной Тави, они миновали черно-серый каменный холл. Похоже, все в этом доме было выполнено в этой зловещей вульгарной гамме. Верити подумала, что Джонас был недалек от истины. Наверное, архитектор и впрямь слегка помешался, не на шутку увлекшись темой железобетона.

Внутри жилище Кейтлин Эванджер было столь же огромным и экстравагантным, как и снаружи. Необычные окна дарили свет всем трем этажам, которые соединяла серая, окованная железом лестница, а комнаты были какой-то невероятной формы, стены в них изгибались, образовывая самые причудливые углы. Вторая лестница, поуже, чем первая, проходила в задней части дома. Интерьер даже отдаленно не напоминал ни один из известных.

Тави распахнула одну из дверей в середине длинного, похожего на корабельный коридора, и Верити увидела серое помещение с выпуклой стеклянной стеной, выходящей на океан. Гигантская четырехспальная кровать царила в глубине комнаты, и Верити готова была поклясться, что в жизни еще никогда не видела ложа необычней. Оно было сделано из… железа. Четыре голые холодные ножки были частью сплошных металлических колонн, упиравшихся в самый потолок. На кровати лежало серое с черным узором покрывало.

— Какая… интересная комната, — Натянуто улыбнулась Верити.

Быстрый насмешливый взгляд Джонаса напомнил ей, что именно таким термином она совсем недавно охарактеризовала его любовь. Верити с раздражением почувствовала, как краска заливает щеки.

— Ваши покои в самом конце коридора, мистер Куаррел. Позвольте, я провожу вас туда. Устраивайтесь и спускайтесь вниз. Кейтлин будет ждать вас в холле.

— Минуточку, — попросил Джонас, увидев старинную шпагу, висевшую на стене около постели Верити.

Сделав несколько шагов, он остановился и принялся разглядывать клинок. Верити отметила, что Джонас не сделал ни единой попытки коснуться оружия.

Она тоже с любопытством покосилась на эту длинную, сужающуюся на конце штуковину, прикрепленную к плоскому металлическому диску. Эфес был затейливо украшен чем-то вроде маленьких стальных колечек, нанизанных на рукоятку.

— Это старинный меч? — спросила Верити, видя, что железка не на шутку заинтересовала Джонаса.

— Шпага. Думаю, середина восемнадцатого века или чертовски хорошая копия. — Джонас обернулся к Тави: Ваша хозяйка собирает оружие, или это для красоты?

Тави без особого интереса взглянула на стену:

— Шпага уже висела здесь, когда Кейтлин несколько лет назад купила этот дом. У вас в комнате есть такая же, сейчас увидите. Наверное, бывший владелец дома был коллекционером. Когда он умер, наследники продали дом нетронутым, очевидно, он нисколько их не интересовал.

Кажется, все оружие здесь подлинное, хотя кто его знает!

Кейтлин никогда не оценивала этот антиквариат.

Джонас кивнул и перевел глаза на Верити.

— Я только заброшу вещи в свою спальню и сразу же вернусь, — заявил он тоном, не терпящим возражений.

— Слушаюсь, — с комичной покорностью отозвалась Верити. — Как ты скажешь, так и будет.

Пусть видит, что она тоже способна на едкий сарказм!

Кейтлин ожидала гостей в длинной серой комнате, выходящей на океан.