— Именно это я и пытаюсь сделать, — нетерпеливо ответила женщина. Она снова дотронулась до молнии на его брюках.

— Нет, еще рано. Вот, возьми. — Он протянул ей свою руку.

Она озадаченно смотрела на его ладонь.

— Что я должна с ней делать?

— Используй ее так, как тебе хочется, — мягко потребовал Никодемус. — Покажи мне, что тебе нужно и что тебе нравится. Научи меня трогать тебя.

Она так быстро подняла голову, что чуть не ударила его по подбородку.

— Ты хочешь, чтобы я показала тебе, как меня трогать? Разве ты не хочешь войти в меня?

— В конечном итоге да, — пообещал он, стискивая зубы. — В конце концов мы обязательно к этому придем. Но сначала давай немножко поласкаем друг друга.

— О! Поласкаем. — Она прислонилась к нему, покусывая его за шею. — Хорошо. Давай сделай это.

— Нет, милая, ты будешь это делать. Ведь ты же учитель, правда?

Секунду Филадельфия молчала, и Ник забеспокоился. Затем схватила его руку и направила к своей груди. По телу ее пробежала дрожь, когда она провела его ладонью по своим соскам. Ник тоже задрожал, почувствовав, что ее соски напряглись.

— Взгляни на себя, — прошептал он, испуганный ее молчанием. — Соски твердые, как маленькие камушки, как раз нужного размера для моих рук.

Фила издала тихий возглас удовольствия и теснее прижалась грудью к его руке. Ник осторожно поймал ее сосок между большим и указательным пальцами и нежно сжал.

— Ник.

— Так хорошо?

— Немного странно. — Она нетерпеливо поменяла позу и уселась ему на колени. — Теперь другой.

Он повиновался, целуя ее в шею и возбуждая второй сосок. Ее соски были твердыми.

— Я готова, — сообщила Фила, вцепившись в него. — Давай сейчас.

— Пока нет.

— Черт возьми, Ник…

— Ты не научила меня всему, что я хочу узнать.

— Теперь что? — спросила она.

— Не знаю. Покажи мне.

Филадельфия задвигалась у него на коленях. Он почувствовал давление ее великолепного обнаженного бедра на своей заключенной в джинсы плоти и подумал, что сейчас не выдержит. С минуту он мысленно считал звезды и полосы на флаге, пока снова не обрел над собой контроль.

— Ник, пожалуйста. Я больше не могу терпеть. Я хочу прямо сейчас.

Его пальцы покорно сжались в ее ладони. Когда он не сделал дальнейшего движения, Фила схватила его руку и просунула ее себе между ног.

— Здесь. Сделай что-нибудь, — велела она.

— Слушаюсь, мэм.

Пальцы Ника невесомо пробежали по шелку ее белья. От его прикосновения нежная ткань быстро намокла. Он чувствовал, как ее плоть наливается и становится мягкой.

— Ты так быстро стала мокрой, детка. Ты понимаешь, что ты со мной делаешь?

— Еще, — пробормотала Фила, с внезапной настойчивостью прижимаясь к его руке.

— Что еще?

— Еще раз так меня потрогай. — Она схватила его руку, крепко сжала и потерлась о его палец. — Да, вот так. Сильнее. Нет, вот здесь. — Она отодвинула эластичную резинку своих трусиков и просунула его руку внутрь.

Ник почти до боли глубоко вздохнул, потрясенный ее влажным зовущим теплом.

— Покажи мне, как именно тебе нравится.

Фила была не в силах сопротивляться этому мучению. Она ласкала себя его рукой, которая при этом становилась все более влажной. Ник был настолько возбужден, что скрипел зубами, пытаясь совладать с собой.