— Он потерял много крови?..

— Да, много. Наложив жгут, ты спас ему жизнь, Джек.

— Любой сделал бы это.

Уокер помолчал, потом заметил:

— Не уверен, что это так. Руперт для тебя был человек более или менее посторонний, да и наша семья тоже не слишком любезно обходилась с тобой. Мы всегда считали, что твое влияние опасно для Неда, дорогого для нас человека… А недавнее проявление интереса к тебе со стороны Джеральдины лишь усугубило эту холодность.

— Доктор Уокер, она…

— Джек, ты не должен объяснять. Я знаю, ты ничего не добивался. Это ее проблема, не твоя. Мы многим обязаны тебе за мужество, силу, стойкость и силу воли.

— Доктор Уокер, мы поддерживали друг друга. Там ничего не было видно, но Руперт даже в полном мраке знал, как найти вход в другой туннель.

— Он внимателен к деталям, — кивнул Уокер. — Но суть в том, что ты решил остаться с ним, рискнул своей жизнью ради нашего сына. Я хочу понять, почему ты это сделал.

Джек сглотнул. Горло у него горело. Мысли метались.

— Ради Неда, — солгал он. — Вы для него семья. Я знаю, как он вас любит. Я не мог бы посмотреть ему в глаза. Ближе его у меня друга никогда не было.

Уокер задумался.

— Что ж, я благодарен тебе, Джек. Хочу, чтобы ты знал: двери нашего дома открыты для тебя всегда, в любое время дня и ночи.

— Спасибо, доктор Уокер. Признателен за то, что заштопали меня.

— Не стоит. — Он протянул руку, и Джеку пришлось неловко пожать ее своей левой. — За дверью ждет Нед. Вообще-то, к тебе целая очередь посетителей, и все Уокеры! — Он опять улыбнулся. Теплота разлилась по его лицу, переполнила глаза.

В этой улыбке Джек узнал Айрис.

Вошел Нед, почти сияющий, свежевыбритый, с еще влажными, но аккуратно причесанными волосами. В вытянутой руке он победоносно держал бутылку скотча.

— Мне не разрешили оставить это здесь, — произнес он. — Но когда ты выйдешь отсюда, мы ее разопьем.

— Тебе это стоило, наверное, недельного жалованья, — присвистнул Джек.

— Больше!

Они пожали друг другу руки.

— Я думал, мы тебя потеряли, Джек.

— От меня так легко не отделаешься.

Друзья рассмеялись.

— Черт подери, как пить хочется, — пожаловался Джек.

— У тебя легкие, наверное, обожжены.

Брайант облизал растрескавшиеся губы.

— Никто пока мне не сказал, сколько человек уцелело.

— Погибли семеро, среди них Арнольд де Суза и Джон Дрейк. Двое все еще борются за жизнь.

Джек кивнул и припомнил:

— Я держал Арнольда за руку, когда он умирал.

— Я понятия не имел. — Неда поразило это сообщение.

— Если бы он не подсказал мне, где Уокер, я повернул бы назад.

— А про Руперта тебе рассказали?

— Да. Он проявил настоящее мужество. — Брайант думал, что сумеет удержаться и не коснется этой темы, но столь волновавший его вопрос преодолел сопротивление и ворвался в сознание.

— Как Айрис все это воспринимает?

— Ей тяжело. Они очень близки. Ее тревожит, как травма скажется на духовном состоянии Руперта. Он честолюбив, а теперь его карьера застопорится.

— Вовсе не обязательно.

— Попробуй это ему объяснить.