Это было величайшее чудо! Долго копившиеся чувства достигли пика, вырвались из глубины его души и выплеснулись в победоносном крике, когда из-за прилавка с цветами, ковыляя, показались две знакомые, слегка потрепанные фигурки.

* * *

Нед заставил обоих съесть по чашке бульона, поскольку у них маковой росинки во рту не было с самого завтрака. Белла, по-видимому, забыла про обещанное мороженое, а может быть, ей расхотелось. Она была бледна, с сухой и горячей кожей, больше не липкой. Робби смотрелся получше, но создавалось впечатление, будто он что-то скрывает.

Когда тот сделал последний глоток супа, Нед задал главный вопрос:

— Как обстоят дела с Брентом?

— Не беспокойся о нем.

— Не беспокоиться? Ты шутишь, что ли? Сейчас он уже, наверное, догадался.

— Догадался? — Робби усмехнулся, потом его тон резко изменился на печальный: — Он с самого начала все знал, Нед. Слишком легко Брент отпустил нас. Неожиданностью для него стало лишь то, что мы взяли с собой Беллу. От этого он на стенку полезет.

— Почему ты думаешь, что он знал?

— Теперь это уже неважно. Мы здесь. Ему не сразу придет в голову искать нас в доках, а к тому времени, когда он сообразит, надеюсь, будет уже поздно. Если удастся найти подходящее судно, лучше всего отбыть сегодня.

— Как мы это сделаем? — Нед нахмурился.

— Найти корабль нетрудно. Но надо заплатить за билеты.

— У меня есть деньги.

Тут уже настала очередь Робби удивляться.

— Мне дал Брент, — пояснил Синклер. — Наверное, он чувствовал себя виноватым.

— Нет. Он хотел, чтобы ты уехал, Нед. Как ты не понимаешь? Брент даже дал тебе на это денег. — Робби издал вздох отчаяния. — Он знал и дал тебе уйти. Мне, наверное, тоже, но только вначале он обрек нас… тебя — на скитания в неизвестности, а меня… — Мальчик умолк.

— Мне все равно. — Нед тряхнул головой. — Сейчас мы здесь, отделались от него. Надень-ка вот эту сорочку. Она для тебя великовата, зато чистая. Я уже переоделся. Белла, а тебе надо сменить платье. В этом ты будешь выглядеть гораздо приличнее.

— Это можно сделать вон там. — Робби указал на прилавок, за которым пожилая женщина торговала цветами.

Подведя их туда, он заговорил с ней по-бирмански и объяснил, что малышке-англичанке надо переодеться. Можно ли, ради соблюдения правил приличия, позволить ей надеть другое платье за прилавком?

Женщина ответила, и Робби перевел Неду:

— Она велит вначале купить что-нибудь. Мол, ты целый день здесь ошиваешься, и кому нужны неприятности. Дай мне несколько анна.

Взяв у Неда монеты, Робби протянул их женщине. Она через плечо указала на заднюю часть прилавка, но запретила парням сопровождать Беллу.

— Сестренка, переоденься в это платье. Оно ведь твое любимое, да?

Она не протестовала.

— У нее измученный вид, — заметил Нед. — Да и ты сам не слишком-то хорошо выглядишь.

— Немного побаливает живот. Пройдет.

Когда Белла появилась из-за прилавка, она выглядела уже гораздо лучше. Ее внешний вид не обманул бы ни одну англичанку, но в команде корабля таковых не будет, так что моряки с готовностью возьмут девочку на борт. Обмакнув старую рубашку в цветочную воду, Нед вытер лицо сестры. Робби натянул свежую сорочку.

— Белл, взгляни, что я принес.