Пошатнувшись от напряжения и громким криком предупредив, что начинает движение, рикша стронул повозку с места. Неду было несколько не по себе из-за того, что его тащит человек, по возрасту годящийся ему в дедушки. Стараясь отделаться от этого чувства, Синклер откинулся под балдахином и предоставил волне первых впечатлений о городе-саде Бангалоре беспрепятственно омывать себя.

20

Доктор Уокер оказался именно таким приветливым и обаятельным, каким его рисовал Робби. Копна отливающих металлом седых волос и глубокий низкий голос придавали всему его облику нечто особенное, в глазах Неда — идеально ему подходящее. Юношу провели в просторный беленый дом, расположенный на бульваре, обрамленном рядами деревьев. Жена Уокера пригласила Неда в гостиную, которая могла бы показаться сумрачной, если бы не три высоких арочных окна, служивших главным ее украшением.

Обязательные вентиляторы на потолке медленно вращались, в комнате приятно пахло цветами и табаком, пряностями и духами, воском и полированным деревом. От ровного тиканья величественных каминных часов Неду сразу стало спокойно, а цветочная ткань, которой были обиты диваны, и изношенный ковер под ногами, казалось, знакомы ему давно.

— Это Флора, — представил доктор супругу и просиял.

Пухлая смуглая женщина поднялась, широко улыбаясь. Нед не отличался особенно высоким ростом, но ее волосы, убранные в узел, пронизанные там и сям серебристыми нитями, все равно маячили где-то внизу. Синклеру показалось, что Флоре под шестьдесят, но благодаря приятной полноте и отсутствию морщин ей можно было дать и гораздо меньше.

— Рада вас видеть, Эдвард, — произнесла она на идеальном английском с легким индийским акцентом. — Вы, наверное, очень устали после долгого путешествия. — Женщина кивнула слуге, ожидающему приказаний, и тот протянул гостю поднос с крошечным стаканчиком. — Шерри?

Очарованный теплой улыбкой Флоры и искренней озабоченностью, прозвучавшей в ее голосе, Нед взял женщину за руку, наклонился и поцеловал в щеку.

— Огромное спасибо за добрые слова.

— Прошу, садитесь. — Она указала на широкую, прочную на вид софу с горой подушек, в которые он и погрузился.

— Выпей-ка, — сказал Уокер. — Вид у тебя такой, что глоток, думаю, не помешает.

Нед улыбнулся, провозгласил тост за хозяев и чокнулся с ними. Он мысленно ущипнул себя, чтобы удостовериться, что не спит, действительно находится в Индии, а не в каком-нибудь оригинальном салоне в Англии.

— Молодому человеку нравится, чтобы его называли Недом, дорогая, — сообщил Уокер.

— Пусть будет Нед, — согласилась Флора. — Но у тебя совершенно истощенный вид, дитя мое. Ты голоден?

— Не то слово, — признался он.

Тут Флора моментально и без усилий переключилась на одно из местных наречий.

Давая инструкции слуге, она бросила взгляд в сторону Неда.

— Сейчас я позабочусь об ужине. В этом доме никто не голодает, Нед, — сказала она, мягко и выразительно посмотрев на мужа. — Хватит пока шерри, Гарольд. Сначала мальчику надо наполнить желудок. Прошу прощения. — Женщина что-то сказала на тамильском высокому слуге, тот открыл ей дверь, и она исчезла.

При виде удивления, отобразившегося на лице Неда, Уокер рассмеялся, сделал последний глоток шерри и сказал:

— Мы женаты почти тридцать лет, и все это время она неустанно воспитывает меня, как, впрочем, и всех остальных. Не говори потом, что я тебя не предостерег.

— Буду считать себя предупрежденным, доктор Уокер.

Нед осмотрелся. Его внимание привлекли тяжелые деревянные панели и темная мебель в том же стиле.