Август Стриндберг. Золотые шлемы Оллеберга
Андерс был родом из Фальбюгдена, в юности он маршировал по всей стране, исходил её вдоль и поперёк с аршином и кипой ткани. Но в один прекрасный день он решил, что гораздо лучше маршировать с ружьём и снашивать казённую одежду, и завербовался в округе Вестгёта-Даль. И вот его командировали в Стокгольм, в охрану. Однажды дружище Каск, как теперь называли Андерса, получив увольнительную, надумал пойти в Скансен. Когда же он подошёл к воротам, то оказалось, что у него не было пятидесяти эре, и, стало быть, попасть туда он не смог. Он поглядел внимательно на ограду и подумал: «Обойду-ка я вокруг, может, где есть лаз, в крайнем случае, перелезу через забор». Солнце садилось, когда он шёл берегом вдоль подножия горы; ограда была высокая, а из парка доносились песни и музыка. Каск все шёл и шёл кругом, но лаза нигде не было, дальше ограда пряталась в частом орешнике. Усталый, уселся Каск на горушке пощёлкать орехи. Тут явилась векша-грызунья — белка, — задрала хвост трубой и сказала: — Не грызи мои орешки! — Не буду, коли ты найдёшь мне лаз, — ответил Каск. — Надо ещё пройти немножко, — сказала она. Она поскакала вперёд, а солдат пошёл за ней. Вдруг белка исчезла. А из кустов вышел, шурша листвой, ёж. — Иди за мной, — велел он, — и увидишь лаз! — Ишь ты, ёжка-захохлыш. Нет уж, спасибо! Но ёжик продолжал идти вперёд. Тут появилась деликатная гадюка, она умела шепелявить и извиваться кольцами. — Ступай са мной, — сказала она. — Я укашу тебе ласе! — Ладно, — ответил Каск. — Только ты путь теликатным и не наступай на меня! Я люплю лютей теликатных. — Солдат не умеет деликатничать, но ведь сапоги-то у меня не на ольховых подошвах. — Наступи на неё, — крикнул ёж, — не то она деликатно ужалит тебя! Берегись! — воскликнул ёжик и бросился на змею. — Я не очень-то деликатный, могу ощетиниться. Тут он съел змею и исчез. Оставшись в лесу одинёшенек, солдат пожалел, что не послушался колючего клубочка. Стемнело, но сквозь берёзовую листву пробивался лунный свет, в лесу царила мёртвая тишина. Вдруг солдату показалось, что ему подаёт знаки большая жёлтая рука — машет взад и вперёд. Он пошёл по направлению к ней, и оказалось, что это кленовые листья шевелятся, будто пальцы. Солдат стоял, глядя на них, и тут услыхал, как дрожит осина. — Ах, до чего же мне зябко, — сказала осина, — ведь я промочила ноги, и до чего же мне боязно. — А чего тебе бояться? — спросил солдат. — Да в горе сидит гном. Тогда солдат понял, о чем хотел сказать клён. И в самом деле, он увидал, что в пещере сидит гном и варит кашу. — Ты кто таков? — спросил гном. — Я из Вестгёта-Даля, а где это ты живёшь? — Я-то живу в горе Оллеберг, — отвечал гном. — Но ведь Оллеберг лежит в Вестерйюльне, — удивился солдат. — А мы теперь сюда переехали! — был ответ. — И мастер же ты врать, — рассердился солдат, схватил горшок и вылил кашу в огонь. — А сейчас поглядим на эту мышиную норку, — сказал он и вошёл в пещеру. Там возле большого очага сидел великан и раскаливал на огне железный шест. — Желаю здравствовать, желаю здравствовать! — сказал солдат и подал великану руку. — И ты будь здоров! — отвечал великан и протянул ему раскалённый доскрасна шест. |
