— Это вы должны меня простить, Фелисиана, — сказала Mapa. — Я заблуждалась, считала вас ничтожеством, «пустым местом», дурочкой, не способной ни на смелую мысль, ни на решительный поступок.

— Я вас не совсем понимаю, — ответила Фелисиана, подходя ближе к постели и с изумлением вглядываясь в лицо Мары. — Вы простите меня?

— Разумеется. — Маре наскучило забавляться растерянностью девушки. — Только обещайте, что никаких необъяснимых инцидентов со мной больше не будет. И головные боли прекратятся. Тем более что мой визит вряд ли затянется, — неопределенно добавила Mapa.

— Да, я поняла, — солгала Фелисиана, для которой слова Мары представлялись непроходимыми дебрями. — Значит, вы прощаете меня? Я готова принять вас в качестве жены Андреса и покинуть ранчо, когда вы пожелаете, — заверила девушка дрогнувшим голосом.

— Считайте, что я вас простила, хотя в не меньшей степени виновата перед вами и тоже должна просить о снисходительности. Ну да ладно, давайте оставим это.

— Вы очень добры ко мне, Амайя, — со слезами на глазах отозвалась Фелисиана. — Теперь ничто не отягощает мне душу, и я могу с чистой совестью отправиться в монастырь и принять постриг.

— Советую вам не спешить, — задумчиво вымолвила Mapa, представив себе Фелисиану в роли хозяйки ранчо и матери наследников дона Андреса. — Кто знает, не случится ли вдруг нечто, что в корне изменит ваши намерения?

Остаток дня прошел тихо и спокойно, если не считать того, что Брендан с откровенным любопытством наблюдал за Николя и Марой во время ленча, подозревая, что между ними что-то происходит. Брендан не мог определить, что именно, но сам факт существования каких-то отношений между сестрой и французом раздражал его сверх всякой меры.

— Черт бы побрал этого пронырливого наглеца! — недовольно бурчал он на верховой прогулке после обеда. Брендан покачивался в седле рядом с Марой и то и дело оглядывался на Николя, следовавшего за ними на приличном расстоянии. — Что между вами происходит? Он целый день совершенно непристойно таращится на тебя!

— Ты осуждаешь непристойность? — удивленно приподняла тонкую бровь Mapa. — Я не верю своим ушам! — Она попыталась скрыть смущение под маской сарказма.

— Только круглый дурак этого не заметит, — снисходительно хмыкнул Брендан.

— А ты, конечно же, не дурак, не так ли? Разве что немного с придурью? — улыбнулась Mapa. — И потом, что ты имеешь в виду?

— Да он раздевал тебя взглядом, черт подери! У всех на виду, прямо за столом! — горячился Брендан. — Такое ощущение, что он обладает каким-то интимным знанием о тебе. Такой дерзости свет не видывал!

— Не говори глупостей, Брендан, — усмехнулась Mapa, но лицо ее предательски вспыхнуло.

— По-твоему, я смешон, да? — рассердился брат. — Предупреждаю, лучше не связывайся с этим французом.