— А ты настоящая О'Флинн, Mapa! Если здесь есть золото, оно будет нашим, можешь мне поверить! — уверенно воскликнул он. Брендан взял Пэдди на руки и поднял высоко над головой, чтобы малыш получше рассмотрел панораму города. Постепенно на палубе стало тесно от пассажиров, стремившихся поскорее сойти на берег. От пристани к кораблю помчались лодки, туземцы спешили перевезти вновь прибывших.

Джэми придерживала шляпку, которую грозило унести ветром в открытое море, и не могла оторвать взгляд от покосившихся, грубо сколоченных домишек, черной сыпью покрывающих побережье.

— И надо же было судьбе занести нас в такое Богом забытое место! — шепотом воскликнула она. Тут взгляд ее упал на ялик, опередивший остальных и подошедший к клиперу первым, за рулем сидел китаец. Ветер трепал его волосы, забранные в маленький хвостик на затылке. Джэми тайком перекрестилась и подавила тяжелый вздох. — Господи, охрани нас, ибо мы, похоже, вступаем в настоящий ад!

Глава 2

Как грустно и странно мне слышать сквозь сон на заре

Первую робкую трель солнцем разбуженной птицы,

Видеть в черном провале окна, выходящего в сад,

Смену оттенков и красок — предвосхищенье рассвета,

Так грустно и странно смотреть вслед уходящему дню.

Несколькими днями позже, ранним вечером, состоялось знакомство Мары О'Флинн с ранчо Виллареаль. Путники спустились в долину, окруженную холмами, у подножия которых и раскинулось поместье. Кирпичные стены и красная черепичная крыша дома отливали золотом в лучах заходящего солнца.

— Эту долину называют Золотой, — объяснил дон Луис Маре. — Однако вовсе не потому, что здесь есть золото, — поспешил он заметить. — Старожилы умеют видеть красоту земли, ее ценности они придают мало значения. Я побывал во многих странах, но такой красоты не встречал нигде, — воодушевленно добавил он, устремив завороженный взгляд на вершины холмов, подпирающих высокое голубое небо.

— Мне кажется, что для вас, однако, немаловажна и цена земли, которой вы владеете. Разве не так, дон Луис? — вкрадчиво, поинтересовалась Mapa, обратив на испанца сияющие глаза, в которых играли отблески прощальных солнечных лучей.

— Пожалуй, что так. Я рад, что вы оказались достаточно мудры и по достоинству оценили мое предложение. А потому мы сможем сообща извлечь выгоду из этой земли, Амайя, — ответил он, напоминая Маре ее новое имя.

— Я счастлива иметь такого заботливого дядю, — цинично улыбнулась Mapa. — Как приятно чувствовать на себе отеческую любовь и внимание!

— Отеческая любовь бывает строгой, моя дорогая, — усмехнулся испанец. — Прежде всего, я хочу, чтобы вы обуздали свой острый язычок, резкие и необдуманные высказывания могут повредить делу. — Он многозначительно взглянул на темную головку Пэдди, мирно дремавшего на ее груди.

— Вам незачем опасаться моего языка, дон Луис. Он вас не подведет, — беспечно ответила Mapa и, отвернувшись от своего собеседника, залюбовалась прекрасным видом.

В небесной бирюзе плыли редкие пушистые облака, раскрашенные в самые немыслимые оттенки малинового цвета. Солнечная палитра казалась неистощимой и менялась каждую минуту. Когда путники спустились в долину, светило уже распрощалось с землей до утра и скрылось за горизонтом, оставив небо в одиночестве до восхода луны. Красное зарево постепенно таяло, облака обесцветились и вскоре исчезли в сумерках без следа.

— Это и есть то место, куда мы едем? — спросил Брендан, высунувшись из окна экипажа и критически разглядывая дом. — Я полагал, что поместье несколько больше, — усмехнулся он, оставаясь равнодушным к окружающему великолепию.