Карл Уэбстер, на мгновение замерший от испуга, неожиданно потеряв своего партнера, обернулся, чтобы посмотреть, что произошло...

...как раз для того, чтобы получить сильный удар от Матери.

Несмотря на то, что он был крупным мужчиной, мощным ударом его отбросило от Джульетт, и он полетел прямо на обломки самолета. В ту же секунду он схватил металлический брусок длиной в четыре фута и стал размахивать им перед Матерью.

Мать зарычала.

Уэбстер атаковал.

Схватка была жесточайшей.

Они были приблизительно равны: оба владели рукопашным боем, оба были ростом выше шести футов и весили более двухсот фунтов.

Уэбстер ревел, размахивая своим импровизированным металлическим мечом. Мать пригнулась, затем быстро схватила отломанный кусок закрылка АВАКСа, чтобы использовать его в качестве щита. С его помощью она защищалась от ударов Уэбстера, который постепенно оттеснил ее к разбитому крылу самолета.

Отступая назад, Мать наклонилась и тоже подобрала зазубренный меч.

Она попыталась нанести ответный удар, но Уэбстер продолжал двигаться по инерции. Он снова замахнулся, поразив Мать в плечо, — рукав ее формы порвался, — потекла кровь.

— Аааа! — крикнула мать, бросая свой щит, парируя последующие три удара одним мечом.

Черт побери, ей нужен был всего лишь один удобный случай, один шанс...

— Почему ты предал президента! — крикнула она, делая шаг назад и пытаясь отвлечь его.

— Приходит время, когда необходимо принять решение, Мать! — рявкнул в ответ уоррент-офицер. — Когда приходится выбрать сторону! Я дрался за нашу страну! Мои друзья погибали за нее только ради того, чтобы потом их обманули и послали ко всем чертям такие политики, как он! Поэтому когда появилась возможность, я решил, что не собираюсь просто стоять и смотреть, как очередной ничтожный, гребаный, откосивший от армии ублюдок вобьет нашу страну в землю!

Уэбстер замахнулся — последовал тяжелый удар с плеча.

Мать отпрыгнула назад, избежав удара, вскочила на крыло самолета и оказалась теперь на расстоянии трех футов от земли.

Но крыло слегка пошатнулось под ее весом, и на секунду она потеряла равновесие, в это мгновение Уэбстер разъяренно махнул своим мечом, — снова с плеча — целясь в ее лодыжки, теперь находившиеся перед ним. Слишком быстро, чтобы она успела вовремя парировать удар.

Жестокий удар поразил свою цель...

Орудие Уэбстера чудовищно задрожало, когда его металлический меч обрушился на ногу Матери чуть ниже колена.

Уэбстер побледнел.

— Что?..

Мать улыбнулась.

Он попал в протез ее голени — в ее протез из титанового сплава!

Увидев своего противника в замешательстве, Мать воспользовалась своей единственной возможностью и изо всех сил замахнулась своим мечом.

Кровь брызнула фонтаном из глотки Уэбстера — лезвие перерезало ему шею, задев сонную артерию.

Оружие Уэбстера выпало у него из рук, он упал на колени, схватившись за окровавленную шею. Подняв руки перед собой, он ошеломленно уставился на кровь. Затем он последний раз в ужасе взглянул на Мать и упал лицом в лужу собственной крови, хрипя, с кровавыми пузырями изо рта.

* * *

Толпа заключенных ревела от восторга.

К тому времени буйствующая шайка — включая Сета Гримшоу — переместилась к северной стороне ямы для того, чтобы занять наиболее выгодные позиции для наблюдения.

Часть из них начала скандировать в пользу президента — радостно-безумными воплями в традициях американских болельщиков на олимпийских играх:

— С-Ш-А! С-Ш-А!

* * *

У восточной стены ямы Гант продолжала бороться за свою жизнь.

Стальной меч десантника 7-го эскадрона с лязгом ударялся о ее трубу-палицу.