Рой поцеловал ее с детской неопытностью:

напряженно, как целуют распятие или руку священника.

Ребекка, наоборот, присосалась к нему полуоткрытыми губами, потом раздвинула его зубы и втолкнула свой язык в его рот.

Ощущение было столь острым и сладким, что Рой чуть не задохнулся от возбуждения.

Потом было все...

Мир опрокинулся, перевернулся, утонул в теплой сладкой воде удовлетворенных желаний. Так было раз, было два...

Радость ума в познании, триумф - в открытиях.

Радость тела в здоровье, восторг - в обладании.

Тело и ум всегда в борении, они всегда двоятся, не в силах достигнуть гармонии.

С того дня все переменилось в жизни Роя.

Он продолжал любить Кэтрин, как и прежде. Он не мог ее не любить молодые чувства не стираются враз, как письмена на школьной доске...

Уволившись со службы, Кэмпбел избавился от обязанности тянуть военную телегу, находясь в общей упряжке, по команде штатного погонялы. Теперь его опыт, его знания и не до конца растраченную физическую силу использовали по разовым заявкам наниматели, которым требовалась точность в специальных делах и высокая конфиденциальность. Это приносило неплохой доход при риске ничуть не высшем, нежели он был в годы военной службы.

Широкий круг знакомств в кругах, связанных с проведением специальных операций, обеспечивал Кэмпбелу постоянное поступление выгодных предложений. Ко всему, у него обнаружился некоторый литературный талант.

Он написал для журнала "Soldier of Fortune" - "Солдат удачи" несколько статей о планировании и проведении диверсионных операций в пустыне, о методике подготовки бойцов рукопашного боя. Статьи вызвали интерес у специалистов по обе стороны океана, что опять способствовало повышению спроса на услуги Кэмпбела.

Именно с последней статьей и был связан звонок полковника Питера Макквина.

Кэмпбел и полковник были давно и хорошо знакомы. Первая их встреча произошла во время боев на Мальвинах. Им вместе довелось лежать на промерзлой земле под минометным обстрелом, под который "сасовцы" попали сразу, едва подразделение высадилось неподалеку от Сан-Карлоса. Такие мгновения открывают людей, надолго сближают их либо навсегда отталкивают друг от друга.

Война сблизила Кэмпбела и Макквина.

Оставаясь начальником по-британски холодным и надменным, полковник искренне уважал Кэмпбела, доверял ему и часто обращался с выгодными предложениями. Тем более делать это было нетрудно. В последние годы Макквин обтяпывал деликатные делишки в интересах одной из британских спецслужб, которая сама не желала лишний раз светиться.

Кэмпбел и Макквин, два джентльмена, одетых строго, но неброско, встретились и провели переговоры в зале прилета лондонского аэропорта Хитроу. Они обменялись рукопожатием, произнесли ритуальные слова, принятые при встречах старых товарищей, и только потом полковник изложил суть дела.

Он предложил Кэмпбелу поработать инструктором в центре специальной подготовки диверсантов в некой европейской стране.

- Можно точнее? - поинтересовался Кэмпбел. - Где именно?

Макквин засмеялся.

- Думал, ты спросишь не "где", а "сколько".

- Сэр! - Кэмпбел ответил таким же смехом. - Вопрос "сколько" зависит от ответа на вопрос "где".

- Снимаю шляпу, Рой. Сам я всегда начинал с вопроса "сколько". Учусь, учусь.

- Итак, где?

- Это Босния.

- Там две стороны, сэр. На какой из них?

- На зеленой.

- Проклятие! Майор Кэмпбел встает под знамена пророка! Сэр, это серьезно задевает мои слабые христианские чувства.

- Никто тебя не просит делать обрезание.

- Уже легче. Теперь вопрос "сколько"?..

В тот же день Кэмпбел подписал контракт сроком на два месяца.