Его вилка со звоном упала на тарелку.

— Уехать?

Она утвердительно кивнула.

— Мне предложили повышение по службе, но для этого я должна провести исследование грунтовых вод в Лаббоке в штате Техас. Я еще не приняла предложение, но и не отклонила его.

Поставив стакан, она теребила пальцами кружевную косынку.

— Я узнала об этом только вчера и рассчитывала сначала сама разобраться в этом, прежде чем обсуждать это с тобой.

— И ты уже все решила?

— Еще нет.

Марк казался таким убитым горем, что ей хотелось утешить его. Но она не могла лгать. Джун пока сама не знала, согласится она на эту работу или нет.

— Я должна сообщить о своем решении на следующей неделе.

Марк рассеянно провел рукой по волосам.

— Я знал, что ты очень увлечена своей работой, но никогда не предполагал, что такое может случиться.

— Я ждала этого назначения очень долго. Но сейчас, когда оно, наконец, предложено, я не уверена.

Он взял ее руки в свои.

— Послушай меня. Я очень люблю тебя и думаю, что и ты любишь меня. Я знаю, что ты хочешь продвинуться вперед в своей карьере, поэтому и я тоже очень хочу этого. Но ты не можешь позволить, чтобы это разбило твое личное счастье.

— Очевидно, у тебя есть сомнения. Ты не знаешь, правильно ли ты поступаешь. Раз не уверена, не уезжай.

Джун подавила в себе желание быть уговоренной.

— Я не могу обещать, что останусь. Но обещаю, что ничего не сделаю, хорошенько не подумав об этом.

Он кисло улыбнулся.

— Это не совсем то, что я хотел услышать, но это лучше, чем ничего. Однако я предупреждаю тебя, что я намерен пустить в ход все доступные мне средства, чтобы повлиять на твое решение.

Она улыбнулась. Уголки ее рта слабо приподнялись в ответной улыбке.

— Жестко сказано, зато честно.

Но в его глазах читалась тревога, и Джун искала слова, чтобы хоть как-то успокоить его.

— Я… я очень люблю тебя, Марк. Пожалуйста, не думай, что я уезжаю, потому что…

— Ш-ш-ш.

Он приложил палец к ее губам.

— Я не хочу сегодня больше говорить об этом.

Она безмолвно кивнула.

Больше они не касались этой темы. Идя к машине, они молча прошли мимо старой церкви Святой Марии. Она была построена в 1854 году из гранита, привезенного из Китая.

— Трудно поверить, что это здание стояло здесь еще до землетрясения, — сказала она, пытаясь завязать разговор.

— Угу.

— Кули, которые помогали строить железную дорогу, должны были здесь молиться, как ты думаешь?

— Возможно.

Она оставила безнадежную попытку завязать разговор, и Марк полностью погрузился в свои собственные размышления.

В машине Джун повернулась к Марку, пытаясь понять, о чем он думает. Ей хотелось остаться у него в этот вечер, но, возможно, он захочет побыть один.

— Куда? — спросил он, когда их машина влилась в общий поток.

— Я хотела бы посмотреть телевизор у тебя дома, — сказала она осторожно.

Он саркастически улыбнулся.

— Не возражаю.

— Чудесно.

Снова воцарилось молчание, и Джун больше не пыталась нарушить его. Когда они приехали к нему домой, она задержалась в гостиной у телефона, стоящего на подставке из кованого железа.

— Ты не возражаешь, если я позвоню Линде? Последний раз ее не было на занятиях, а с тех пор я не смогла связаться с ней.

Было почти одиннадцать, но Линда всегда поздно ложилась спать.

— Звони, я выйду.

Он прошел на кухню.

— Ты можешь не уходить…

Она услышала, как дверь закрылась за ним.